Осведомитель
Если рассматривать сентябрьское наступление хуситов, то на первый взгляд может показаться, что причиной стал исключительно военный перевес хуситов. Это имеет место быть, однако все немного интереснее.
Одна из главных проблем их противников — отсутствие единого антихуситского лагеря.
Против хуситов воюет не единая армия, а целая россыпь антихуситских сил, которых объединяет лишь неприязнь к "Ансар Аллах" и саудовские/эмиратовские зарплаты. При этом у этих формирований, племен, полевых командиров, шейхов, губернаторов есть и свои личные интересы.
В Йемене особенно заметны:
◾️Силы, связанные с правительством - "Президентским переходным советом", ориентированным на Саудовскую Аравию. Во главе этого совета стоит формальный лидер "международно-признанного" Йемена Мухаммед Алими, которого в 2022 фактически поставила Саудовская Аравия.
◾️Сторонники Южного переходного совета - сепаратистской структуры, когда-то базировавшейся в Адене и выступающей за отделение южного Йемена. Бывший лидер - Айдарус Касем Абдул Азиз аз-Зубейди, в январе 2026 сбежал в ОАЭ.
◾️формирования, поддерживаемые ОАЭ - бригады "Амалика", Йеменское национальное сопротивление Тарека Салеха и многие другие.
◾️формирования, ориентированные на Саудовскую Аравию;
◾️племенные вооружённые формирования;
◾️исламистские силы «Ислах», поддерживаемые Саудовской Аравией.
◾️местные силы безопасности;
◾️отдельные военные бригады, сохраняющие собственные цепочки командования.
Даже когда эти группы формально находятся в одном лагере, это не означает, что они представляют собой единую военную систему.
Именно эту особенность очень хорошо показывает карта из отчета Chatham House за 2018 год
Также важно отметить разные цели среди антихуситской коалиции. Для поддерживаемого Саудами правительства Йемена принципиальна идея сохранения единого государства, для патронируемых ОАЭ южных сепаратистских сил принципиально противоположная задача — восстановление отдельного Южного Йемена, для местных племён зачастую на первом месте находятся собственные территориальные и экономические интересы.
В результате получается любопытный парадокс: у противников хуситов есть общий враг, однако далеко не всегда есть общая цель войны.
Аден, Лахдж, Абьян, Шабва, Хадрамаут и Аль-Махра имеют собственную политическую специфику, племенные структуры и различные военные формирования. Отчет Chatham House показывает, что даже внутри одного региона могут одновременно присутствовать:
Правительственные силы, силы Южного переходного совета, формирования, поддерживаемые ОАЭ, племенные группировки, местные силовые структуры. Причём их отношения друг с другом далеко не всегда являются союзническими. Это создаёт для хуситов важное преимущество: им не обязательно уничтожать весь антихуситский лагерь одновременно. Достаточно создавать давление на отдельных направлениях и заставлять противника самостоятельно распределять ограниченные ресурсы между несколькими угрозами.
В ходе йеменской войны Саудовская Аравия и ОАЭ формально находились в одном коалиционном лагере, однако их подходы к будущему Йемена значительно различались.
Это не новая тенденция сентября 2026 года. В конце 2025 — начале 2026 года южный конфликт достиг такой остроты, что произошла масштабная борьба между силами Южного переходного совета и формированиями, поддерживавшими правительство. В январе 2026 года саудовская сторона поддержала контрнаступление правительственных сил против территориальных приобретений "ЮПС". В результате баланс сил на юге снова изменился. Иными словами, часть антихуситских сил тратила ресурсы не на борьбу с хуситами, а на борьбу за контроль над самим югом Йемена.
А хуситы представляют собой намного более централизованную военную структуру, чем большинство их противников, в основном заинтересованных в переделке территорий и бюджетов их доноров.
Осведомитель
- 17KViews
- 66Forwards
- 212Reactions
- Copy link
Views grew: 5.6K → 17K