Окоём | Кушнир PRod.

Common questions

How many subscribers?

Subscribers: 3.1K. Median views per post: 1.3K. Views per subscriber: 41.7%. Measured on October 1, 2026.

How often are posts published?

Posts in the last 30 days: 49 — that is several times a day. Measured on October 1, 2026.

Does this channel have a Telegram tick?

No Telegram tick.

Who runs this channel page in the catalog?

Nobody yet. If this is your channel, claim the page: you will be able to reply to reviews and see its stats.

Latest posts

Posts are in Russian — that is what the channel publishes.

• yesterday4989 forwards27 reactionsOpen in Telegram
  Продолжаем публиковать интервью с Егором Летовым. В: Ты сейчас часто поешь песни типа «Здорово и вечно»?  О: Ну, в ней была использована конкретная коммунистическая символика, в целях именно того времени, когда она была написана. Цена песни и творчества… она  такова ровно настолько, насколько темы актуальны во временном пространстве. Песня актуальна только на три года, а дальше она становится… непонятно, о чем она вообще и, наоборот, становится вредоносной. Ну ничего, она сработала в свое время. Ну и самое яркое самоубивание песни, большинство из того, что было сделано “Коммунизмом”... Большинство того, что там было сотворено, сейчас совершенно не работает. То же самое можно сказать про "ДК” - там последний альбом вредоносной музыки, это явно потеряло актуальность сейчас. Но эта тенденция особенно сильно проявляется не в «Гражданской обороне», а на альбомах проекта «Коммунизм». И эти сборники составлялись по принципу актуальности на конкретный момент времени. Но для всего этого нужна была определенная эпоха и определенное время. А сейчас, как мне кажется, эти старые приемы «Коммунизма» совершенно не работают. Я бы назвал три альбома, которые будут всегда иметь актуальность и именно ценность какую-то, не политическую… Глазами сегодняшнего дня я бы выделил в рамках этого проекта только «Солдатский сон», «Хроника пикирующего бомбардировщика» и «Игра в самолетики под кроватью». В: Поговорим про секреты записи. Ты как-то говорил, что во время сессии вы использовался даже торшер…  О: На каждую песню мы можем достичь эффекта определенного теми средствами, которые у нас были. используем разнообразные приемы. Например, мы пишемся только на советские микрофоны. Мы их принципиально использовали, потому что звук, который они фиксируют, по моим понятиям получается лучше фирменного. Это те, которые раньше 40 рублей стоили. Это такие черненькие микрофоны с серебристой насадкой. Вся эта техническая кухня наша преследует цель создать именно наш звук, как у группы «ДК» периода Жени Морозова. Их невозможно перепутать ни с кем, как у них звучат барабаны, бас и другие инструменты. Так, я думаю, и у нас тоже аналогов нет. Причем каждый альбом звучит обязательно по-новому. Исключительно для того, чтобы достичь именно тот эффекта, который хочется достичь, мы хотим получить. Торшер - это такая вот изогнутая такая штука крутящаяся, на нее вставляется микрофон, на него вешается тоже микрофон и крутится. Поэтому на одной из песен мы использовали торшер, чтобы прикрепить к нему микрофон… Раньше мы все писали вживую, большинство вещей, сначала писали барабан, я писал. Это очень долго можно описывать... Продолжение следует...

  More
  
• yesterday5372 forwards30 reactionsOpen in Telegram
  Обратите внимание! В продаже появился свеженький винил альбома "Эстеты"! По всем вопросам обращайтесь к @yuri_obleukhov
  
• 2 days ago69711 forwards48 reactionsOpen in Telegram
  Немногие знают музыканта группы «Волга» Юрия Балашова, который всю жизнь изобретал выдающиеся логотипы и обложки для пластинок. И немало в этой отрасли достиг, просто эта часть его жизни просвистела мимо критиков и экспертов. Несколько лет назад Балашов умер, и фотограф Игорь Верещагин вспоминает один из эпизодов их общения. Игорь Верещагин: «Зашёл я как-то раз к Юре Балашову в его квартиру в начале Ленинградки. Он в куче мест пожил в Москве. Мы обсуждали ближайшие проекты, вроде плакатов для группы Jethro Tull, я напился зелёного чая, а Юра что-то покурил… Я начал рыться в полках его захламленной квартиры, там было всегда интересно. Множество удивительных книг, набросков, всякие индийские безделушки. «Юрка, а покажи мне "Грэмми"», — крикнул я из дальней комнаты. «Ну твою», — настаивал я. «Наградят - покажу!» — «А ту, за Civilization? Она же выиграла "Грэмми" за оформление коробки», — сказал я. «Впервые слышу», — удивлённо и недоверчиво ответил Юра. Вот так, спустя много лет он узнал от меня что у него есть "Грэмми"! Рисовал он для Фрэнка Заппы в начале девяностых, потом Фрэнк умер, а Юрка вернулся в Россию и никто не знал его координат... А "Грэмми" вручили Геил, жене Фрэнка Заппы, в 1995 году».

  More
  
• 3 days ago75912 forwards31 reactions7 commentsOpen in Telegram
  Первый признак наступления осени для меня это необъяснимое желание включить записи Эллиотта Смита. Тихий и скромный бард с гитарой, с lo-fi звучанием и тонким вокалом. Все свою недолгую карьеру он страдал от алкогольной зависимости, депрессии и откровенно говоря боялся славы и популярности. Но для широкой аудитории он стал известен благодаря попаданию его композиции в саундтрек к фильму «Умница Уилл Хантинг». Просто посмотрите и послушайте это домашнюю запись под гитару.

  More
  
• 5 days ago4.2K22 forwards94 reactions4 commentsOpen in Telegram
  Я смотрю на эту фотографию Кормильцева, снятую Игорем Верещагиным на московской презентации альбома группы "Сплин" "25-й кадр". И вспоминаю... Тридцать лет назад Илья позвонил в дверь моей квартиры на Шаболовской, абсолютно лысый и веселый. Прямо с разбегу сел на письменный стол и предложил написать большой текст про «Наутилус». Я тогда попросил у «великого русского поэта», как называли его друзья, взять на Урале несколько интервью для «100 магнитоальбомов», и он любезно согласился. Позднее на кухне его уютной квартиры на Нахимовском проспекте мы обсуждали модную группу Kula Shaker и выпуск русской версии журнала Q, горевали о безвременной кончине «Наутилуса» и делали глобальные интервью про электронный альбом Кормильцева с Сакмаровым, который в итоге не выстрелил. Потом Илья затеял бесстрашное издательство «Ультракультура», дарил мне эти хрупкие книги и даже предложил продюсировать будущий фолиант «Хедлайнеров». Это выглядело очень трогательно, но я, дурак, отказался. После смерти Ильи начали уходить его друзья: писатель Андрей Матвеев, сценарист Леня Порохня, Женя Горенбург, Николай Коляда и другие. Позднее я написал про Кормильцева книгу «Космос как воспоминание» и прочитал по всей стране десятки лекций. Но он часто снится по ночам, рассказывает про «Урфин Джюс», клубную культуру и Манчестер, и при этом  тревожит покой целого дома неестественно громким смехом.

  More
  
• 6 days ago4K39 forwards32 reactions6 commentsOpen in Telegram
  Читательские планы на октябрь-ноябрь: 1. Игорь Кузьмичев: «Чудаки из города Ленинграда. Тихие герои неофициальной культуры». Издательство DA, 2026 2. Александра Селиванова, Надежда Плунгян: «Сюрреализм в стране Большевиков», GARAGE, 2025 3. Леонард Коэн: «Любимая игра», Ультра.Культура, 2007 4. Георгий Гурьянов: «Я и есть искусство», АСТ, 2017 5. Дэвид Шеппард: «На каком-то далёком пляже. Жизнь и эпоха Брайана Ино», INFAN Ṭ, 2021 6. Юрий Степанов-Брегвадзе: «Я пошел по коридору в направлении луны», RUGRAM_Пальмира, 2021 7. Елена Соловьева: «Метод Коляды», СОУНБ им. В.Г. Белинского, 2022 8. Филип Гласс: «Слова без музыки», издательство Ивана Лимбаха, 2017 9. Соломон Михоэлс: «Статьи, беседы, речи», Искусство, 1965 10. Любовь Аркус (составитель): «Расторгуев. Начать считать с себя и досчитаться до Бога», Мастерская «Сеанс», 2026

  More
  
• Sep 242.7K31 forwards19 reactionsOpen in Telegram

  Media

• Sep 241.7K13 forwards49 reactionsOpen in Telegram
  В: Ты согласен с утверждением, что «Прыг-скок» — самый музыкальный из твоих альбомов?  О: Да. Потому что до этого музыки у «Гражданской обороны» совсем не было. Она, конечно, была, но довольно специфическая… Деструктивная, агрессивная и навязчивая. Мы ведь гитары расстраивали, специально плохо записывали, было нарочитое пренебрежение к многокрасочности музыкальной. Ее и не было. И это очень заметно, что поэзия на наших альбомах движется на пути от поэзии типа Введенского или Маяковского, яркой и многокрасочной, к поэзии Георга Тракля, который привел ее в определенный комплекс. Вокруг всего этого чудовищная россыпь… И можно заметить, что и в наших текстах, написанных в духе Введенского или Маяковского, все строилось по-другому. Поэзия, состоявшая из ярких образов, которые часто в наших песнях повторялись… К примеру, раньше основа в мелодиях строилась на примитивных ритме и гармонии, но не на музыке. И вокруг этого были огромные россыпи прилагательных и метафор. Так строился фундамент футуризма, и прямо на глазах происходило создание нового понятийного и "запонятийного" изобразительного языка. Теперь же у нас все перешло в другое. Мне кажется, что с языком все в порядке, и мне это уже не так интересно. Язык теперь представляет собой связующую структуру - как сетка, как каркас. Вокруг которого строится огромное количество звуков, шумов, мелодий и тембров. Поэтому мы задействовали на «Прыг-скоке» чудовищное количество инструментов, которого у нас не было никогда. И звук, который мы создали на альбоме, аналогов вообще не имеет. Такого я не слышал еще, и не встретишь нигде. И это даже не психоделия, а что-то типа «надпсиходелии».  И те элементы психоделии, которые на нем присутствуют, не имеют конкретной, смысловой наркотической нагрузки, которая впоследствии была у нас на «Ста лет одиночества». Это уже какая-то «надформа», которая имеет многостатусный характер в контексте психоделической культуры.  В: Все песни альбома «Прыг-скок» разные, и звучание у них совершенно разное… Можно говорить о каком-то едином принципе?  О: Ну да, одна песня звучит в одном ключе, другая – в другом. Наш определенный принцип – должно быть интересно. Одна песня такая, а другая - другая. То у нас «Бога нет», то он вдруг появляется. Причем так, что все вздрогнули, с огромным количеством неожиданных вещей… Этот альбом уже изначально был чудовищно агрессивный. В сравнении со «Сто лет одиночества», который был по-своему печальный и демонстративно трагичный, здесь альбом получился агрессивно боевой и конкретно жизнеутверждающий. И мы это сделали совершенно сознательно, это была определенная суть, объединяющая идея, на которой все песни были построены. Анти-смерть, анти-гибель, анти-уныние. Да – плохо, да – страшно. Но при этом получается определенная, по-своему озверевшая армия, которая воюет и добивается победы. Человек, наверное, должен потерять надежду - для того, чтобы победить…  В: Ты говорил об истоках творчества - о воронке, что ты как медиум... О: У нас группа в этом смысле авторитарная. Я – главный (смеется), и я навожу здесь порядок. Как скажу, так и будет. Есть же два типа групп. The Who или The Beatles - там постоянно война. И то они достаточно авторитарные, потому что там Харрисон есть, например. А есть группы типа The Doors - совершенно конкретно авторитарные. И мы не Beatles, а скорее группа Doors. То есть совершенно авторитарная группа. Разгони Джим Моррисон всех музыкантов, и никто бы ничего не заметил. Или Джанис Джоплин. Вот и мы - группа точно такого же плана. Музыканты, которые с нами работают, совершенно сознательно на это идут. Это люди, которые нам помогают записываться, и от них не требуется предлагать какие-то идеи. Они, конечно, не рабы на галерах, но дисциплина должна быть, и за все должен отвечать только командир.  Продолжение следует…  

  More
  
• Sep 241.8K8 forwards33 reactionsOpen in Telegram
  Продолжение интервью с Егором Летовым  У нас была идея: привлечь к этому проекту Лукича. Потом возникла другая идея – сделать альбом, в которые вошли бы песни и Черного Лукича, и Ромыча Неумоева, кого угодно, хотя бы группы «ДК». Он должен был состояться, чтобы все средства от продажи поступили семьям погибших. Должна была быть фотография, которая на афише «Русского прорыва», на крыше горит чего-то... В итоге это закончилось тем, что альбом выпустить не удалось, так как денег не нашлось. Для того, чтобы выпустить пластинку виниловую, требовалось чудовищное количество денег. Мы хотели сделать пластинку, но средств ни у кого не нашли. Но в процессе обсуждения этого альбома возникло движение, неожиданно совершенно, «Русский прорыв». Потому что  на самом деле всё, что появляется, оно возникает неожиданно. И здесь самое главное - довести это до совершенства, и из этих кубиков сделать нечто правильное.  В: А как вот эти кубики между собой взаимодействуют?  О: Самое главное - эти кубики набрать. А второе, тоже немаловажно, но это из области прикладного искусства, всю эту новую энергию правильно направить. И если ты большой мастер, то всё будет сделано правильно. Надо будет аккуратно выстроить эти кубики и устроить их них безобразие, уже на уровне первого этажа, не по инструкции.  В: Давай вернемся к твоим альбомам… О: Появилась идея, скажем, создания сборника любимых песен. Сделанных по принципу не снимания, а именно отталкивания от музыкальных концепций актуальных. Мелодически и текстово я хотел такой сборничек сделать. Планировалось создание домашнего, простого музыкального решения, с использованием полуакустического органа, а получился альбом психоделический. Так что история повторяется. Я хотел сделать сборник любимых песен, а в результате получился «Прыг-скок». Ведь первоначально планировалось спеть песни, а вышел конкретный психоделический альбом. Как это назвать? Я даже не смогу точно сформулировать... Акт медитации? Акт протеста? Получился конкретно музыкальный альбом, который мне был нужен. И музыка в нем оказалась важнее, чем текст. А к текстам у меня особое отношение… Потому что в принципе мне наиболее интересно делать вещи, которые я делать не умею. А если ты что-то умеешь делать, то это уже получается не так образно и не так ярко. Продолжение следует…  

  More
  
• Sep 2397810 forwards35 reactions2 commentsOpen in Telegram
  Сто лет Колтрейну Есть тысяча способов посмотреть на личность Колтрейна, его музыку и огромное наследие — продолжение его пути, мысли, игры, которое осталось в мировой культуре в виде поп-песен, академического минимализма и, конечно, джаза, причём примерно всего, что был после. Сегодня хочется поговорить о метафизическом и непонятном. Откатиться до базовых чувств удивления музыкой. Включить самую простую вещь — оригинал колтрейновской версии My Favorite Things. Если вы помните изначальную песню из «Звуков музыки», то знаете, что она выдержана в одном ключе и одном настроении. За тринадцать минут своей версии Джон Колтрейн и его группа вываливают на вас сотню настроений и состояний, от меланхолии до радости, от светлой печали и сентиментальности до предельного стоицизма. На простом мелодическом фундаменте они строят лоскутный небоскрёб чувств. Колтрейн настолько же ярый, насколько и трогательный. Настолько же он говорит о злости, холоде и равнодушии нашего мира, насколько умеет находить в нем моменты для большой нежности и космической любви. В его собственной игре лёгкая грусть переходит в злость и растерянность и доходит до восторга за секунды. Великая мудрость его музыки — в том, что ничего не бывает отделено и разделено. Всё вместе и всё перемешано. Нет чёрного и белого. И до Колтрейна огромное количество авторов описывали в своих мелодиях и звуковых пространствах единству и борьбу противоположностей, и им это прекрасно удавалось, но у него получилось сделать тоньше и эффектней многих. Именно Колтрейн внёс дуализм состояний и двойственность чувств в словарь современной музыки в принципе. И сделал это так красиво, рьяно и эффектно, что многим взрывает головы и поныне. То, что Колтрейн нашёл такой голос и научил его преломлять любой материал (ведь ту же My Favorite Things он потом играл до своего самого последнего концерт) отчасти легко объяснить его биографией и музыкальной теорией. Но «Тезаурус гамм и мелодических оборотов» Слонимского, который Колтрейн выучил и который открыл ему новые пространства, попадал к миллионам других музыкантов. И лишения, вещества, истории преодоления, предчувствие грядущей ранней смерти выпали на судьбу миллионов других людей. И да, он оказался в нужное время и в нужном месте — атмосфера США конца 1960-х, как и железная хватка американской культуры и экономики над большой частью мира, точно способствовали его мифологизации. Как, бесспорно, повлияли и на эволюцию и статус его музыки. Но всё-таки образ и смыслы Колтрейна не расщепляются на понятия. В Колтрейне есть необъяснимое — магия. Рассказывая о нём — о человеке, в честь которого создали церковь, — всегда сложно не поддаться его мифологизации и не впасть в патетику мистического и трансцендентального. Но в итоге, годами думая о Колтрейне, ты снова и снова возвращаешься к необъяснимости его феномена. Пока точных слов, описывающих его значение, всё-таки не изобрели. И, cлава богу, на свете есть вещи сильнее слов.

  More
  

The channel in numbers

Created

September 10, 2024

Photos

1.1K

Videos

50

Files

4

Links

509

Telegram data as of October 1, 2026

Contacts

Contact

@asiyenysh

From the channel description

Reviews

No reviews yet. Yours would be the first.

Similar

More on this topic