titov's burden

Common questions

How many subscribers?

Subscribers: 8.1K. Median views per post: 4.6K. Views per subscriber: 57.2%. Measured on October 1, 2026.

How often are posts published?

Posts in the last 30 days: 3 — that is less than once a week. Measured on October 1, 2026.

Does this channel have a Telegram tick?

No Telegram tick.

Who runs this channel page in the catalog?

Nobody yet. If this is your channel, claim the page: you will be able to reply to reviews and see its stats.

Latest posts

Posts are in Russian — that is what the channel publishes.

• Sep 242KOpen in Telegram
  Сегодня в Порту, в совершенно выдающемся Музее современного искусства Серралвеш, снова увидел Inflammatory Essays Дженни Хольцер. Два года назад зачитывался ими в Центре Помпиду — там была большая стена, а тут сразу гигантская комната. Помпиду теперь закрыт на долгую реконструкцию, и я очень был рад снова столкнуться с этой работой здесь. В своей работе Хольцер берет форму политического памфлета — жесткую, декларативную, почти приказную — и сталкивает между собой языки самых разных идеологических традиций. Тут даже не столько про набор конкретных убеждений, сколько про механику радикальной речи: как абсолютная уверенность превращается в риторику власти, как текст требует не обсуждения, а подчинения, как похожими средствами могут говорить противоположные системы взглядов, крайне правые, крайне левые — неважно. Это мы всё головой понимаем, НО ПРИ ЭТОМ меня оба раза сильнее всего цепляет один конкретный текст (первое фото). Где речь идет примерно о том, чтобы заставить ИХ испачкать руки, сделать себя настолько неудобным и неприятным для них, чтобы они отступили, чтобы их буквально тошнило от тебя. Работа совсем не предлагает читать каждый фрагмент как убеждения автора. Наоборот: она и подрывает доверие к самому языку убежденности. Но, видимо, в этом для меня и заключается её сила: даже понимая устройство искусства Хольцер, которая постоянно исследует язык именно с этой стороны, ты всё равно можешь попасть под действие одной из этих формул на стене. И этот памфлет каждый раз меня обжигает, заставляет немного очнуться. Не как политическая программа, а почти как этическое напоминание себе: если тебе глубоко противны люди, правила или система, которой от тебя предлагают подчиниться, в которой тебе предлагают жить по её правилам, сколько бы времени уже это не происходило, нельзя становиться для неё удобным, нельзя соглашаться. Нельзя со временем забывать, почему именно она тебе противна. Нельзя, чтобы они забыли, как ты их воспринимаешь.

  More
• Sep 197.5KOpen in Telegram
  Так и не смог себя заставить испытывать хоть какой-то интерес к проходящим сейчас «выборам». Ни как журналист, ни как гражданин России. Ну то есть в чём реально заключается мотивация обсуждать, клепать мемы, ждать итоги, анализировать проплаченную рекламу разрешённой либеральной партии в системе, где никакая власть людям не принадлежит. Какая-то мастурбация без окончания. Сегодня в Лиссабоне ходил по музею, посвящённому диктатуре Салазара и борьбе народа с ней. Не знаю почему, но такое знакомое чувство появилось, я даже не понимаю почему, может, кто подскажет. Там, кстати, тоже были выборы и парламент, ну ещё была политическая полиция, пытки, колониальные войны. Португальская система в итоге оказалась завязана на биологических часах конкретного человека, сколько бы кто ни сопротивлялся, не очень им тут повезло. Слава богу, у нас не так, у нас можно зайти в электронное голосование и изменить судьбу, может стоит всё-так отдать голос? Хотя никак не могу отделаться от того, что ты, путешествуя, постоянно видишь тот уровень человеческой свободы, который должен и для России быть обычным, который не повод для дискуссии с государством, а требование. А потом открываешь ленту, и там вот эта клоунада с колобком, который призвал дать легитимности железной руке на шее твоих сограждан. И снова противно становится, что вынужден годами существовать внутри этого. Несомненно, нынешние «выборы» точно так же когда-то будут в музее выставляться как пример «волеизъявления» в печальную эпоху: смотрите, какой интересный антропологический пример был в нашей истории. Это никакому сомнению не подлежит. Но от этой мысли кому конкретно может стать легче.

  More
• Sep 134.6KOpen in Telegram
  Катаюсь пару недель по ЕС, писать сюда руки не доходят. Время забито удивительно плотно — в Париже сходил на концерт любимого Joji, на кинопремьеру иранской картины, в Амстердаме выучил карту местных кинотеатров (горячо буду теперь всем советовать Kriterion и Театр Тушинского ака дворец ар-деко в честь кино), залипал там же в национальном музее кино, случайно сходил на шуточную «инди-рок-оперу» в действующей церкви про анабаптистов (в России за многие сцены авторов упекли бы на много лет) и заслушивался классической музыкой в Консертгебау. Столица Голландии вообще не ощущается городом вечного разврата (легалайз круто), а, наоборот, удивительно спокойным местом, где очень заметна семейность. А вчера вот сидел на траве бывшего берлинского аэропорта, смотрел, как в небе летают тысячи воздушных змеев. В эти дни вижу старых друзей, встречаю новых приятных людей, а также российских журналистов, которые продолжают честно делать свою работу, хотя их выдавили из родной страны. Мне в Москве некоторые говорят, что «они там все страдают, считают копейки, и че было уезжать», но я, слыша сейчас от первого лица рассказы о том, что у них, конечно, есть сложности, но им куда важнее не идти на сделки с совестью, думаю: какие все-таки крутые люди. Ну и вообще, кроме музеев, фильмов и искусства, вижу много бытовой жизни, различий людей и смешения самых разных культур, спамлю в восхищении в запрещенную инсту (российские операторы блокировки уже много лет сохраняют у тебя и за границей). И параллельно все это время читаю новости, что-то иногда редачу, но по большей части наблюдаю (спасибо коллективу за эту возможность, они лучшие): кого-то признали иноагентом, завели уголовку на благотворителей, опять снимают с выборов, и бесконечная смерть, смерть, смерть. В Москве ты видишь это, делаешь новости и идешь дальше. Потому что ну да, это наша теперь такая больная жизнь, это часть моей профессии, завтра ещё какой кошмар будет. Это страшная вещь, которую я, наверное, плохо ощущаю дома: насколько мы привыкли к ужасу, даже если мы им возмущаемся каждый день на кухне, в баре, в соцсетях. Диктатура с годами давления будто перестает выглядеть как жуткая чрезвычайная ситуация, а сама становится частью жизни. А тут смотришь на пару в метро, запрещенную в РФ, на кино без цензуры, на воздушного змея, на музейные экспозиции, которые признают, что их родина тоже совершала преступления, на подростка-беженку, которая играет классическую музыку в королевском зале, на политические живые дебаты, на пожилую красивую пару с пивом на ретроспективе Жака Деми. И реально вспоминаешь, что возможность быть собой, говорить реальное мнение не должна становиться событием и насколько нездорово, что я сам давно привык к насилию режима над реальностью. Ну и вот никаких великих выводов, на самом деле, и никаких правильных ответов, где жить, тут сам решает каждый, мне домой тоже ехать (когда докатаюсь еще пару недель в самые случайные города Европы, куда занесет никогда не знаю). Но уж точно — нужно выезжать регулярно, когда есть возможность (это вопрос привилегий, конечно, часть наших людей этого лишена вообще), чтобы себе самому напоминать, что нормальная жизнь тоже существует, что должно быть вообще-то иначе и у нас дома. Что иногда нужно физически отодвинуться от собственной реальности, чтобы снова увидеть ее со стороны. Зафорсенный сейчас A24 и инстаграмными рилсами великий Энтони Бурдейн говорил: “If I’m an advocate for anything, it’s to move. As far as you can, as much as you can. Across the ocean, or simply across the river. The extent to which you can walk in someone else's shoes or at least eat their food, it's a plus for everybody. Open your mind, get up off the couch, move”. Добавить совершенно нечего.

  More
• Aug 247.7K112 forwards96 reactionsOpen in Telegram
  важные монологи в эфире соловьева
  
• Aug 245.3K39 forwards91 reactionsOpen in Telegram
  У «оставшихся» из медиасреды и смежных областей периодически возникают разговоры и шуточки про «внедренных», «завербованных». Есть позиция, что ты никогда не узнаешь, кто именно этот человек, потому что им может оказаться кто угодно (только если не тот забитый зумер, которого пару лет назад заставили писать КАЖДОМУ журналисту с предложением дружить.) Я и сам знаю несколько человек, которых убеждали «посотрудничать»(твердо и четко верим, что они отказались). Но всё равно есть некий эффект кхе-кхе. Флорес даже без личного знакомства — подруга или приятельница кого-то из товарищей, экс-партнерок, людей из соседних социальных кругов. Она сама говорит, что собирала данные о проблемах людей — легко представить, кто мог оказаться в этих отчетах. Забавно теперь выглядят прежние московские рассуждения о том, почему она продолжала оставаться в России, несмотря на обыски и давление, и реальные обсуждения, нет ли в её окружении подосланных казачков, а кто бы это мог быть. Всё по советским заветам, где, вербовали всех подряд. После этого неосовка тоже когда-нибудь сильно ахуеем, когда будут рассекречены документы. Можно посочувствовать человеку, которому пришлось заниматься такой стыдной работой из-за страха, нет вообще желания язвить. Хотя какая у этих «вербовок» реальная эффективность? Нужно понимать, что государство и без агентуры технически способно знать о нас всё — особенно в эпоху понатыканных повсюду камер, ТСПУ, баз данных и возможности взломать практически что угодно. От этого не спрячешься: мы всё-таки живем в развитой диктатуре, которой без особого сопротивления служат крупнейшие техкомпании. Социальных связей можно избегать: засесть дома, читать книжечки, смотреть старое кино, отказываться от предложений «потусоваться» (но я вообще не советую — с годами дичаешь). А вот от технологий же не убежишь. Единственный надежный способ не попасть в чей-нибудь отчет — перестать жить вообще. Возможно, это и есть их стратегия.

  More
• Aug 136.2K36 forwards253 reactionsOpen in Telegram
  День (или два) назад у дома поставили стенд для информирования о предстоящих выборах. За ночь на нём появилась вот такая надпись.
  
• Aug 106.8K108 forwards327 reactionsOpen in Telegram
  Николай Рыбаков после заседания ВС обратился к молодым ребятам на улице со словами, что «все только начинается», — с мыслью, мол, все у вас впереди, доживем до лучших времен. Сразу с грустью вспоминаешь себя, свои 20 лет — времена, когда в Москве еще были возможны протесты, открытые дискуссии, даже Навальный на выборах мэра. Тогда нам всем казалось, что вот еще чуть-чуть, еще немного — и мы доживем до нормальной системы, до выборов, до страны, где люди смогут выбирать кого хотят, жить как хотят, любить кого хотят, говорить то, что действительно думают. И страшно, буквально вот именно страшно, думать обо всех этих молодых ребятах, которые сегодня были у суда: что и их за следующие десять-пятнадцать (жуть какая, реально 15 лет прошло для меня лично) лет перемелют, вырвут из них принципы, научат соглашаться на меньшее, отказываться от самих себя, запугают в конце концов. Буквально то, что было сделано с моим поколением — сегодняшними 30-летними. Я поэтому своим сотрудникам-зумерам постоянно говорю: если хотите, то попробуйте обязательно посмотреть мир, другие страны и культуры, чтобы не стереть свою душу в этом вечном ожидании другой России, бесконечно пытаясь делать хоть что-то в тех рамках, которые государство установит завтра. Ну а партии «Яблоко» и Николаю Рыбакову хочется выразить огромное уважение, я мягко говоря никогда горячо не следил за их деятельностью, сторонником не являлся. Но публично говорить о мире и необходимости отсутствия войны в 2026 году, когда идешь на выборы — это подвиг. Тем более когда твоих сопартийцев сажают, преследуют и выдавливают из страны. Тем более, когда система исторически известна тем, что за любую популярность наказывает сроками. При этом они действительно сохраняют в своей риторике любовь к России, к ее народу — в отличие от некоторых участников иностранных форумов и прочих «корпусов». В этом смысле их работа стоит в тысячу раз больше, спасибо им за попытки вести деятельность даже сегодня.

  More
• Aug 105.5KOpen in Telegram
  Прямо сейчас «Яблоко» пытаются снять с выборов за крайне опасные для нашей страны мирные инициативы, в нужных пабликах пишут, что они детей наших обманывают своими ложными идеями. В этот самый момент государственные СМИ дружно пишут историю про «депутата», который, по версии следствия, купил в Крыму ребёнку баллончик с газом, после чего девочка погибла, а её тело он закопал во дворе. Только вот назвать партию депутата упорно почему-то никто не хочет —` раз, два, три, четыре и так далее. Везде речь только про «депутата» или «экс-депутата». Потому что это не какое-нибудь опасное «Яблоко». Нет, Валентин Иванович Байда, закопавший у себя во дворе 12-летнего ребенка, избирался в Чайкинский сельсовет Джанкойского района Республики Крым от «Единой России».

  More
  
• Aug 66.3KOpen in Telegram
  Спасибо большое Кашину, что он замечает такие вещи. В этом ужасающем конфликте каждый день гибнут мирные люди, беспилотники убивают целые семьи с маленькими детьми, но риторика официальных властей почти всегда выдержана в духе сухой статистики. Губернатор отчитался, Минздрав подтвердил, какая-то говорящая голова выдавливает из своих уст: «Ух, ну мы ща им отомстим». И завтра новый день войны, который принесет ужас в какую-то очередную семью, которая ни о чем подобном никого не просила. В общем-то, подобные публикации в ОН появились именно из-за недоумения (во время разгонов в редакции): почему нам ничего не сообщают о личностях этих людей, о том, кем они были? Я в самом деле недоумевал, почему чиновники даже в этом вопросе решили, что превращать свое население в статистику — это хорошая тактика. Трагедии в эту эпоху торжества смерти и общего морального распада забываются очень быстро (и в 2026 году новость о самой кровавой трагедии живет всего пару дней), но от этого сами же события не становятся менее ужасными. В итоге мы договорились с ребятами, что будем отслеживать такие случаи, сами искать информацию, сколько хватит сил, раз никому до этого будто нет дела (при этом часть коллег об этом пишет — тут можно, например, отметить работу MSK1, что я сам читал). Из этой мысли стали появляться истории о мирных жителях (фактически некрологи), которые гибнут за тысячи километров от фронта. Например, о двух братьях, которые потеряли из-за атак БПЛА родителей. Недавно была еще одна жуткая история: у товарищей нашего журналиста погибли близкие в Егорьевске — в этой трагедии БПЛА убил шестимесячного ребенка, а родители получили тяжелейшие травмы. Мы тогда впервые в истории рассказали читателям про сбор для семьи (хотя для юридической безопасности так не делаем), просто из-за ужаса от этой истории. И сегодняшняя новость, где маленькая девочка из Ростовской области мечтала увидеть море, оказалась там и стала жертвой войны. Пропаганда же занята тем, что выдумывает новости о том, как грузины плюют кому-то в хачапури и славят курс партии. Можно много думать, почему эти жертвы чиновники превращают сознательно в статистику. Ну, например, потому что у этой системы отсутствует эмпатия к людям, тем более к гражданам собственной страны. Или потому что гибель мирных жителей не вписывается в постоянные отчеты на федеральных кнопках о том, как заебато все сегодня складывается для России. Отсюда же ведь и их запреты на освещение прилетов по инфраструктуре. Но люди — это не НПЗ. Это наши сограждане, которые жили и мечтали или, может, только начинали жить, а конфликт их убил или оставил инвалидами. Страшно вообще представить, что все погибшие — а чем ближе к границе, тем более жуткой становится ситуация с мирными, — просто останутся забыты, что их превратят в безликий символ, что о подавляющем большинстве этих людей мы никогда ничего не узнаем. Да, наши коллеги в эмиграции могут более полно освещать происходящую трагедию, тщательно собирать данные о репрессиях (ну мы тоже тут стараемся, как можем), но я убежден, что хоть какая-то человеческая память об обычных людях точно также требует сохранения. Тут можно сказать, что на пятый год, когда с обеих сторон погибло столько людей, столько судеб сломано, чего уж гримасничать теперь, кому это нужно. Но кошмар не должен становиться нормой, даже если они нас к нему приучили.

  More
• Jul 3012.2KOpen in Telegram
  Последнее либеральное СМИ в стране btw, держим марку.

The channel in numbers

Created

June 2, 2019

Photos

701

Videos

251

Links

370

Telegram data as of October 1, 2026

Reviews

No reviews yet. Yours would be the first.

Similar

More on this topic