@webkamert
Камертон
Telegram channel @webkamert: 5.6K subscribers, 1.6K views per post, score 40
40DAhead of 1 in 10 channels in its category
Category midrange 41–55This channel 40
- 5.6K
- Subscribers
- 1.6K
- Median views over 30 days
- 27.9%
- Views / subscribers over 30 days
- 60
- Posts over 30 days
Data as of October 1, 2026
Long-form essays on history and culture, spanning interwar Yugoslavia, Ottoman conquests, Safavid Iran, Odessa and Chinese inventions, alongside takes on cinema and current politics. Detailed reading for those into world history and geopolitics.
catalog description About the channel, by its author
Исторический журнал webkamerton.ru
Common questions
- How many subscribers?
- Subscribers: 5.6K. Median views per post: 1.6K. Views per subscriber: 27.9%. Measured on October 1, 2026.
- How often are posts published?
- Posts in the last 30 days: 60 — that is several times a day. Measured on October 1, 2026.
- Does this channel have a Telegram tick?
- No Telegram tick.
- Who runs this channel page in the catalog?
- Nobody yet. If this is your channel, claim the page: you will be able to reply to reviews and see its stats.
Is this your channel?
Claim it — accurate metrics, replies to reviews as the channel, and an owner badge on the page.
Verify ownershipTakes a minute: a post with a code, or the bot as an admin
Your page on tg.place
Know the owner?
Forward them this message — they can verify their rights and collect what has piled up: page statistics and replies to reviews.
5,5675,326
Oct 15,567+15 in a day
Hover the chart or swipe it — we show the day.
| What it is made of | |
|---|---|
| Engagement | 7.3 of 30 |
| Growth quality | 15.7 of 20 |
| Reactions and forwards | 3 of 15 |
| Consistency | 4.4 of 12 |
| Trust | 3.7 of 8 |
| Reviews | not enough datano reviews yet |
Score 40 — from 5 of 6 signals: the rest are not measured yet. Methodology
Latest posts
Posts are in Russian — that is what the channel publishes.
- Учёный, которого догнала история К началу 1940-х Альберт Эйнштейн уже находился в совершенно необычном положении. Его главные открытия были сделаны давно. Специальной теории относительности исполнилось больше тридцати лет. Общая теория относительности уже стала одним из столпов новой физики. Формула E = mc² давно разошлась по учебникам... Можно было бы решить, что начинается спокойная старость великого учёного. Получилось наоборот… Именно теперь одна из самых знаменитых формул в истории физики оказалась связана с самой страшной военной технологией XX века. И Эйнштейну пришлось жить внутри мира, который отчасти вырос из созданной им физики. Американец из Германии, или Письмо, изменившее историю В 1933 году Эйнштейн окончательно перебрался в Соединённые Штаты и стал работать в Институте перспективных исследований в Принстоне. Там он оставался до самой смерти. В 1940 году он получил американское гражданство, сохранив при этом и швейцарское. К тому времени возвращение в Германию было уже невозможно. Страна, в университетах которой когда-то обсуждали его работы, официально объявила относительность «еврейской физикой». Многие учёные были изгнаны, другие эмигрировали сами. Принстон оказался одним из центров сей научной миграции. Америка приобрела (впрочем, как всегда) людей, которых Европа потеряла. Эйнштейн оказался среди них самым знаменитым. Но — американская жизнь не сделала его кабинетным затворником. Наоборот, война всё сильнее втягивала физиков в большую политику. Необычайное событие произошло ещё накануне войны — 2 августа 1939 года... Несколько европейских физиков-эмигрантов, прежде всего Лео Силард, опасались, что Германия, мол, попытается использовать открытое незадолго до этого деление ядра урана — для создания оружия огромной мощности. Но одно дело — тревога учёных. Другое — внимание президента Соединённых Штатов. Нужен был человек, имя которого само по себе заставляло слушать. Таким человеком был Эйнштейн. В письме президенту Франклину Рузвельту говорилось о возможности цепной реакции в уране и создания чрезвычайно мощной бомбы. Американское Министерство энергетики сегодня прямо связывает это обращение с началом правительственного интереса США к ядерным исследованиям. Здесь же возникает один из самых распространённых исторических мифов… Да, Эйнштейн атомную бомбу не создавал. Он не сидел в лаборатории Лос-Аламоса. Не рассчитывал её конструкцию. Не участвовал в Манхэттенском проекте. В 1940 году из-за политических взглядов и пацифистской репутации он не получил необходимого допуска к секретным работам. Тем удивительнее историческая ирония. Человек, которого не подпустили к созданию бомбы, навсегда оказался связан с ней массовым сознанием. Причина известна каждому школьнику: E = mc². Из небольшой массы действительно может высвобождаться колоссальная энергия. Но между этой формулой и готовой атомной бомбой лежала огромная работа сотен физиков, химиков, инженеров и военных. Эйнштейн дал миру фундаментальное соотношение природы. Оружие строили уже другие…
- Донбасс в 1941—1943 годах 85 лет назад, с 29 сентября по 4 ноября 1941 года проходила Донбасская операция — боевые действия на территории Донбасса во время Великой Отечественной войны. Составная часть Донбасско-Ростовской стратегической оборонительной операции. В результате наступления немецкие войска заняли бо́льшую часть Донбасса и в начале ноября вошли в Ростов-на-Дону. С самого начала войны немецкое командование уделяло большое внимание Донбассу. Уже в то время этот регион являлся крупным промышленным центром. Здесь располагались одни из крупнейших залежей угля в СССР, находился ряд крупных заводов. Гитлер считал донбасский уголь одним из залогов своей победы, который уменьшит дефицит топлива для Германии и, наоборот, лишившись Донбасса, Советский Союз станет испытывать нехватку угля, что пагубно отразиться на грузоперевозках и, соответственно, ослабит боеспособность Красной армии. Поэтому, как только рухнул юго-западный фронт и немцы переправились на левый берег Днепра, их силы устремились к Донбассу. Еще в первые дни войны Донбасс, как и вся страна, перешел на военное положение. Десятки тысяч людей были призваны или ушли добровольцами на фронт, заводы переходили на выпуск военной продукции, в шахтах резко увеличилась норма добычи угля, несмотря на то что многие рабочие ушли на фронт, а их место заняли женщины, подростки, пожилые люди. Из-за тяжелой ситуации на фронте, 18 августа 1941 г., с 40 000 горняков была снята бронь. Из мобилизованных шахтеров были созданы 4 стрелковые дивизии. С приближением фронта началась эвакуация. Заводы и шахтное оборудование вывозились на Кузбасс и в Среднюю Азию. В наступлении на Донбасс принимали участие силы группы армий Юг, а также части итальянской, румынской и венгерской армий и даже словацкая дивизия. Оборону держали силы южного и юго-западного фронтов. Противник превосходил РККА в живой силе в два раза, в артиллерии — в два раза, а в авиации — примерно в три раза. По танкам у сторон был приблизительный паритет, но нацисты могли концентрировать свои танковые соединения на направлении главного удара, тогда как советское командование было вынуждено распылять свои силы по всему фронту, ожидая наступления противника. Наступление началось 29 сентября. Враг быстро прорвал советскую оборону и подошел к городу Осипенко (ныне Бердянск). В начале октября части 18-й и 9-ой армий южного фронта попали в окружение. Они смогли сковать часть сил, не давая вермахту развивать наступление. Однако долго обороняться они не могли. Около 100 000 красноармейцев попало в плен. Оставив тяжелое вооружение, окруженные пошли на прорыв: 18-я армия отступала на Сталино (ныне Донецк), а 9-я на Таганрог. При отступлении погиб командующий 18-ой армии Генерал Смирнов. Одним из первых городов Донбасса, принявших на себя удар нацистов, стал Мариуполь. К началу октября туда были переброшены части 395-й Ворошиловградской стрелковой дивизии, укомплектованной шахтерами. Им были приданы остатки вышедших из окружения частей, немного артиллерии и всего лишь одна эскадрилья И-16. Дивизия получила приказ стабилизировать обстановку в районе Мариуполя и удержать город. Но 8 октября, со стороны Осипенко, город был атакован элитной танковой дивизии СС «Адольф Гитлер». Вчерашние шахтеры, прошедшие лишь самую минимальную подготовку, не имевшие противотанковой артиллерии и сильно растянутые по фронту, не выдержали удара одного из лучших танковых подразделений и побежали. Город был оставлен. После этого враг начал наступление на Таганрог и параллельно двигался на север. 13 октября была оставлена Волноваха…
- После Samand: Soren, Dena, Tara, Runna, Reera После завершения эпохи классического Samand концерн Iran Khodro (IKCO) взял курс на глубокую модернизацию старых французских платформ, постепенный отказ от прямого копирования и попытки создать собственный современный дизайн. Все последующие модели можно разделить на две чёткие эволюционные волны: 🚗глубокий рестайлинг платформы Peugeot 405/Samand, 🛞переход на более современные европейские шасси... Первая волна. Эволюция платформы Samand Поскольку Иран обладал всеми штампами и технологиями для производства шасси Peugeot 405, инженеры IKCO выжимали из него максимум, создавая новые машины по принципу глубокого внешнего и технического апгрейда. IKCO Soren (с 2007 года) — Soren (Сорен) стал первой попыткой сделать из рабочей лошадки Samand автомобиль бизнес-класса. Машина получила полностью новую, более обтекаемую переднюю и заднюю оптику, агрессивные бамперы и полностью переработанный салон с улучшенной шумоизоляцией и подушками безопасности. Именно на Soren начали устанавливать EF7 — первый двигатель собственной иранской разработки (совместно с немецкой компанией FEV, которая разрабатывает двигатели для Ford, Honda, VAG и пр.). Появилась и его турбированная версия мощностью 150 л.с., что сделало Soren самым быстрым иранским автомобилем своего времени. IKCO Dena / Dena Plus (с 2015 года) — Dena (Дена) позиционировалась как новый роскошный флагман марки, призванный окончательно заменить устаревший Samand. Иранцы полностью перекроили кузовные панели. Машина получила рубленые современные линии, светодиодную оптику и замысловатую радиаторную решетку, из-за чего профиль перестал наконец напоминать старый Peugeot. Вышедшая позже модификация Dena+ получила изменённую линию боковых окон, 4 подушки безопасности, люк в крыше, камеру заднего вида и мультимедийную систему с сенсорным экраном. Версия Dena+ Turbo оснащалась 6-ступенчатой механикой или китайским автоматом DAE. Именно эта модель сегодня является главной «номенклатурной» машиной в самом Иране. Вторая волна. Переход на платформу Peugeot 206/207 (База PSA PF1) Параллельно с большими седанами Иран активно развивал сегмент компактных автомобилей, используя очень популярную в стране платформу хэтчбека Peugeot 206. IKCO Runna (с 2011 года) — Runna (Раннэ) — это попытка Ирана сделать свой аналог «народного седана» (как Renault Logan). За основу был взят седан Peugeot 206 Sedan (который французы когда-то разработали специально по заказу Ирана). Иранцы полностью изменили переднюю часть кузова, фары и крышку багажника, а также максимально урезали интерьер, сделав его простым и дешевым. Машина оснащается классическим выносливым французским мотором TU5 (на 105 л.с.). IKCO 207i / Quick / Tara (Мутации платформы) — иранцы настолько глубоко освоили производство Peugeot 206, что — когда французы ушли из страны из-за санкций в 2012 году, Иран продолжил выпускать их без разрешения. Они создали модель Peugeot 207i, — по сути, старый кузов 206 с обновленной оптикой и современной мультимедиа-системой в салоне. Третья волна. Новейшая платформа IKP1 (База Peugeot 301) В середине 2010-х годов, во время временного снятия санкций (после подписания «Ядерной сделки»), концерн Peugeot ненадолго вернулся в Иран и успел передать IKCO лицензию на свою новую платформу PSA PF1, на которой базировались седаны Peugeot 301 и Citroen C-Elysee. Французы снова ушли, но иранцы скопировали платформу, назвав её IKP1, и построили на ней свои самые современные машины. IKCO Tara (с 2021 года) «Тара» — это самый современный седан Ирана на сегодняшний день, который IKCO активно пытается продавать на экспорт, в том числе в Россию.
- Шестнадцать дней до Гастингса: Вильгельм высаживается в Англии 960 лет назад, 28 сентября 1066 года Англия получила новый удар: пока армия Гарольда приходила в себя после победы над Харальдом Суровым, на юге высадился Вильгельм Нормандский. Началась стремительная гонка через всю страну — навстречу битве, которой предстояло изменить историю Англии... Гарольд ещё не успел по-настоящему осознать масштаб своей победы при Стамфорд-Бридже, когда судьба нанесла второй удар. Всего через три дня после разгрома Харальда Сурового, ранним утром 28 сентября 1066 года, на противоположном конце Англии показались паруса другого флота. Герцог Нормандии Вильгельм высадился в Певенси, на побережье Суссекса. Начиналась вторая половина английской драмы 1066 года. Вильгельм готовился к этому походу долго. Его армия и флот неделями ждали благоприятного ветра на французском берегу. И здесь история словно сыграла с обоими претендентами в жестокую игру: пока нормандцы не могли выйти в море, Гарольд держал силы на юге Англии, ожидая именно их. Но ветер не приходил. А затем на севере появился Харальд Суровый. Гарольду пришлось бросить южное побережье и почти через всю страну идти навстречу норвежцам. Он успел. 25 сентября при Стамфорд-Бридже норвежская армия была уничтожена. Погибли Харальд Суровый и брат английского короля Тостиг. Англия, казалось, была спасена. И именно тогда изменился ветер. Вечером 27 сентября флот Вильгельма вышел из Сен-Валери и ночью пересёк Ла-Манш. Утром следующего дня нормандцы подошли к Певенси. Получалось почти невероятное совпадение: Вильгельм высадился именно тогда, когда главная английская армия находилась более чем в трёхстах километрах от него. И не просто находилась на севере. Она только что закончила тяжелейшее сражение. При Стамфорд-Бридже погибли не только тысячи норвежцев. Потери понесли и англосаксы. Среди павших, вероятно, были опытные хускарлы — профессиональные воины, составлявшие ударное ядро армии Гарольда. Источники не позволяют точно установить масштаб английских потерь, но современники подчёркивали жестокость сражения. А теперь этим людям предстояло отправляться обратно. На юг. Две армии — два состояния. Поворот на юг Положение противников было почти зеркальным. Армия Вильгельма только начинала кампанию. Люди переправились через Ла-Манш, выгрузили коней, оружие и припасы и оказались на территории противника практически без сопротивления. В Певенси нормандцы немедленно создали укреплённый лагерь, использовав остатки древнеримской крепости. Затем Вильгельм двинулся вдоль побережья к Гастингсу, где устроил новую базу. Он не спешил углубляться в Англию. Ему это было незачем. Гораздо выгоднее было заставить Гарольда прийти к нему. Нормандские отряды начали разорять окрестности. Это позволяло добывать продовольствие, но имело и очевидный военный смысл: английский король не мог бесконечно наблюдать, как неприятель хозяйничает в его собственном королевстве. Вильгельм получал возможность выбирать район будущего сражения и ждать противника, пока тот спешит к нему с севера. Гарольд оказался в совершенно иной ситуации. За считанные недели ему пришлось вести фактически две войны на двух противоположных концах страны. Сначала — стремительный марш из Лондона в Йоркшир. Затем — Фулфорд, известие о разгроме северных эрлов, подход к Йорку, марш к Стамфорд-Бриджу и многочасовое сражение. И теперь — дорога обратно. Известие о нормандской высадке застало Гарольда на севере. Король снова сделал то, что уже однажды спасло Англию: приказал двигаться максимально быстро. Начался знаменитый марш на юг. Здесь, однако, необходимо сделать важное уточнение. Популярная картина, согласно которой вся измученная при Стамфорд-Бридже английская армия немедленно пешком бросилась через всю Англию, слишком упрощает события.
- Тот, кто предопределил реформы Петра Великого Сильно припозднившиеся польские дипломаты прибыли на переговоры лишь 23 сентября. В ходе начавшегося общения Афанасий Лаврентьевич попробовал организовать подчинение Киевской митрополии московскому патриарху при посредничестве самих поляков, предложив им пригласить представителей Малороссии... Чтобы обсудить пути усмирения «шаткости среди малороссийских людей и отвратить их от подчинения турецкому султану». Он в душе надеялся, что достигнутые им тайные договорённости с украинским духовенством позволят объявить на посольском съезде о желании малороссов подчинить Киевскую митрополию Москве. Поляки согласились, после чего решено было подготовить соответствующие воззвания от русских и польских послов. Поляки извещали малороссов, что король «всем казакам, по обе стороны Днепра будучим, все вины прощает» и разрешает прислать депутацию в Андрусово с «послушенством и все их челобитья исполнит». Это заявление истолковано было совершенно превратно и вызвало крайнее смущение в Левобережье, находившемся в подчинении Московского царства. Многие решили, что их передают обратно польскому королю. Новые волнения удалось утихомирить лишь с немалым трудом. Инициатива А.Л. Ордин-Нащокина вызвала новое раздражение и недовольство в Москве. Впредь ему запретили проявлять самостоятельность и велели ограничиться исключительно подтверждением уже имевшихся Андрусовских статей. После решения дежурных протокольных вопросов 7 марта 1670 года переговоры завершились. Существовавший договор подтверждался безо всяких видоизменений, также как и действовавший антитурецкий союз. В конце года ожидалось взаимное посещение дипломатами столиц обоих государств для официального подтверждения соглашения, а также исполнения ещё не реализованных статей. Большим дипломатическим свершением стало и то, что передача Киева польской стороне была отсрочена на неопределённый период. В связи с этим, Афанасий Лаврентьевич полагал, что тем самым «Киев с Украйной прикреплены к Московскому государству вечно». Ситуация складывалась так, что поляки не имели ни сил, ни политической воли потребовать от Москвы беспрекословного исполнения этой статьи договора. Достигнут был несомненный дипломатический успех, но поскольку царь грезил скорым присоединением всего Правобережья, его легко убедили в том, что возобновление существовавшего до сих пор договора с Польшей совершенно излишне. Главу Посольского приказа едва не подвергли опале, и лишь с трудом ему удалось вернуть к себе прежнее расположение Алексея Михайловича, который даже отрешил от должности тех посольских дьяков, что злее других злопыхательствовали в отношении своего начальника. Тем не менее многие полагали, что незыблемое прежде положение Афанасия Лаврентьевича при дворе сильно пошатнулось…
- Как Финляндия едва не стала королевством Германского Рейха Между Четвертым и Вторым — перерыв был небольшим Нынешнее членство «страны Суоми» в Евросоюзе, четвертой модификации Германского Рейха с доминированием в «единой Европе» немцев, стало результатом далеко не первой попытки финских элит добиться покровительства Берлина. Первая из них была предпринята еще в далеком 1918 году — и сорвалась отнюдь не из-за некоего «внезапного прозрения» местных «патриотов»-белофиннов… Действительно, с 10 августа 1918 по 17 июля 1919 года Финляндия официально числилась королевством. Хотя, конечно, гордое титулование так и тянет взять в кавычки — поскольку король сего королевства так и не прибыл во свои владения — и вообще отрекся от престола спустя чуть больше двух месяцев после своего избрания монархом, в декабре 1918 года. Оно-то, конечно, истории известны относительно стабильные «монархии без монарха» — самым ярким примером которых является Венгрия между мировыми войнами — как раз и возглавлявшаяся всего лишь регентом — адмиралом Хорти. И не потому, что законный король не мог или не хотел занять трон — очень даже хотел, так что его «верному слуге» даже пришлось в начале 20-х направлять против сил начавшего «марш на Будапешт» монарха подчиненные «адмиралу без флота» войска. Однако сравнивать Венгрию с Финляндией в указанный период (да, в общем, и в целом) по данному пункту будет очень большой натяжкой. Потому что венгры — нация с давней традицией национальной государственности, пусть и прерывавшейся на несколько столетий после фактического завоевания их страны Австрией. А вот сказать такое и о финнах как-то не получается. Ибо практически весь обозримый период и Средневековья, теряющийся в глубине «темных веков», и Нового Времени их территория была вассальной в отношении более сильных соседей. До начала 19 века — Швеции, до 1918 года — Российской империи; после 1945 года — Советского Союза (пресловутая «финляндизация» — почти в духе подхода китайских коммунистов-реформаторов в отношении Гонконга «Одна страна — две системы»). Да и нынешнее членство Хельсинки в ЕС и НАТО называть «полной независимостью» можно только в рамках пропагандисткой парадигмы образца Сороса и компании. Тем более что и сам Евросоюз по сути представляет собой несколько «облагороженную» версию «единой Европы Гитлера» времен Второй мировой — с полным экономическим и почти полным политическим (вплоть до немки во главе Еврокомиссии уже второй срок подряд) доминированием Германии. *** Тем не менее говорить о превращении Финляндии в королевство как о некой сенсации тоже не вполне корректно. Поскольку данное действо местного так называемого парламента (ага, принятое 58 депутатами из 64 собравшихся — при 200 «списочных» местах, то есть чуть больше четвертью депутатского корпуса) по большому счету было не столько о восстановлении монархии в принципе, — но лишь о повышении ее статуса с прежнего «великого княжества» до вроде бы полноценного королевства. Все дело было в довольно запутанной местной законодательной системе, — которая почти в неприкосновенности сохранилась здесь и после присоединения к России в 1809 году. Основой которой являлся «Закон о правлении Швеции» 1772 года — как раз и провозглашавший Финляндию «Великим Княжеством». Пост князя которой, правда, обычно «по совместительству» занимал реальный монарх страны, которой «страна Суоми» на тот момент реально и принадлежала — будь то шведский король или российский император. Тоже, кстати, не уникальная система, — например, тесные отношения Великого Княжества Литовского и Королевства Польша до Люблинской Унии 1569 года, положившего начало официальной межгосударственной федерации Речи Посполитой, почти два века до этого обеспечивались за счет «династической унии» польского короля и литовского Великого князя в одном лице представителя династии Ягеллонов.
- Читаем «Большую книгу» вместе. Сегодня: «Поминки» Романа Сенчина Есть вещи, к которым трудно предъявлять обычные литературные претензии уже потому, что материал их слишком личный. Смерть отца, через три месяца — матери, опустевший родительский дом, умершая много лет назад сестра, собственное детство, старение, чувство последнего оставшегося в живых человека из прежней семьи — всё почти автоматически требует от читателя сочувствия, чуть ли не слёз. Но сочувствие к человеку и оценка литературного произведения — вещи разные. Оттого «Поминки» Романа Сенчина представляют собой любопытный случай. Тема пред нами сильнейшая. Материал — подлинный. Интонация во многих эпизодах очевидно искренняя. Однако чем дальше читаешь, тем острее жжёт нёбо вопрос: достаточно ли самого факта пережитого, дабы то прожитое, пройденное, произнесём по-твардовски, стало литературой: без «пены дней»? Главная проблема «Поминок», пожалуй, именно здесь…
- Из цикла «Фантастика по воскресеньям». Последняя песня перед рассветом Директор школы, которая любила петь, отличалась от остальных, занявших свой пост только после появления Купола, тем, что была директором всегда. Она являлась, пожалуй, самой возрастной из всех директоров... В молодости преподавала музыку, в среднем возрасте управляла школой и уже собиралась уйти на заслуженный отдых, когда появился Купол, и она была вынуждена остаться на своем посту. Когда-то она тоже была матерью, но так случилось, вся семья погибла в пожаре. С тех пор она жила одна. Школа стала её домом, а ученики её детьми. Она была одинока, но не чувствовала себя покинутой. Сначала, сразу после появления Купола, количество учеников в школе не изменилось. Почти все старшеклассники вступили в подготовительные отряды, а затем лучшие из них пополнили боевые подразделения. Число учеников в школе резко сократилось после того, как исчезнувшие родители вернулись и забрали своих детей. Учителей осталось только двое. Директор запаниковала — ей показалось, что настоящая тьма только начинается.
- От Олега до Москвы: кто собирал Русь Так произошла Русь — вначале от племени русов, или по-готски росомонов (соплеменников антов), покинувших под натиском готов и гуннов в 4 веке свою родину на Среднем Днепре и переселившихся вслед за словенами к Ильменю. А при Олеге Вещем (он же Вольга древнейших былин) в 882 году вернувших себе свою древнюю отчизну, захватив первоначально маленький полянский Киев... А у кого они его захватили? — да у хазарских ставленников — варягов же: Аскольда и Дира, — правивших в Киеве и державших в подчинении племя полян. Плативших дань хазарам. Недаром же Вещий Олег (по летописному преданию) сказал этим чужеземным насельникам: «Вы здесь не князья, а вот князь, сын Рюрика», — и показал всем малолетнего Игоря. Заняв Киев, Олег предрёк ему славную судьбу, объявив этот город «матерью градам русским!», то есть столицей нового государства, метрополией, иначе говоря. Тогда в первый раз Северная Русь покорила Русь Южную, Русь «украинную» со степью, которая в те времена со всеми своими славянскими племенами полян, северян, древлян и т.д. находилась под властью и под данью у Хазарского каганата, управляемого иудейской династией. Не будет смелостью сказать, что таким образом ещё в 9 веке определилась парадигма русской истории — Киев нужно освобождать, освобождать Южную Русь от власти иноплеменных, под влияние которых южнорусские земли не раз попадали. И всегда эту миссию выполняла Русь Северная, начиная с похода Вещего Олега в 882 году. После всё это повторялось на протяжении одиннадцати веков(!) и нет конца этому процессу, как видите, и до сегодняшнего дня. Следующий случай похода Северной Руси на Киев и захват этого города северными дружинами произошёл в 978 году (по некоторым данным — в 980) и связан с борьбой за киевский престол сыновей знаменитого воителя князя Святослава, убитого печенегами, когда Святослав возвращался после похода на Дунай. У Святослава было два «законных» сына от брака с венгерской (угорской) княжной — Ярополк и Олег. Ярополк был старшим, он и стал великим князем киевским после смерти Святослава. Олег же получил княжение в Турове у древлян. Вот, кстати, показатель, что из себя территориально представляла тогда Киевская держава — она владела землями по течению Днепра — полянами на юге до реки Рось, древлянами в нынешнем Полесье на запад от Киева, радимичами к северу от Киева по Днепру, северянами в районе нынешнего Чернигова. Чем не нынешняя Украина? Эти племена когда-то покорил Вещий Олег, а потом и великая княгиня Ольга, кстати, — сама она была уроженкой псковских земель, Выбутской Веси, то есть вышла из Северной Руси. По некоторым предположениям она была дочерью или родственницей Вещему Олегу, сосватавшему её своему воспитаннику Игорю, сыну Рюрика. Это всё была династия русов, но уже сильно ославянившаяся. Сын Ольги и Игоря — Святослав — уже носил чисто славянское имя. Сыном Святослава от побочного брака со служанкой княгини Ольги Малушей, славянкой из Любеча, являлся Владимир. И он был признан Святославом законным наследником, своим третьим сыном. Но вот княжения ему в пределах Киевской южнорусской державы не нашлось, его сводные братья Ярополк и Олег поделили земли, а в центрах подвластных племён сидели свои «светлые» князья. И Владимиру ничего не оставалось, как уйти в Новгород, на север. Где местные вольные новгородцы «выбирали» себе князей, решали на вече, кого пригласить на княжение. А могли и выгнать, «указать путь» неугодному князю. Владимира выбрали, его признали законным внуком Игоря, которого в Новгороде помнили младенцем. А в Южной Руси началась междоусобица. Знатный воевода варяг Свенельд спровоцировал распрю князя Ярополка с его братом Олегом, в результате которой Олег погиб. Узнав об этом, новгородский князь Владимир решил побороться за киевский престол. Это было необходимо, в ходе междоусобицы зашаталась киевская «русская» держава.
- Боги семьи, предков и судьбы разных народов Когда мы произносим «Род», оно кажется совершенно русским, славянским. Род, родители, родина, родственники, рождение, родословная — целое семейство слов будто само подсказывает смысл древнего образа. За ним стоят происхождение человека, непрерывность поколений, память об умерших и появление на свет новых членов семьи... Но именно здесь история славянского Рода неожиданно перестаёт быть исключительно славянской. Древние общества, разделённые морями, горами и тысячами километров, снова и снова приходили к похожей мысли: человек существует не сам по себе. За ним стоят предки, рядом с ним — семья, а впереди — потомки. И эта цепочка поколений представлялась настолько важной, что становилась частью религии. Посему искать точную копию Рода где-нибудь в Риме, Скандинавии или на Балканах бессмысленно. Такой копии нет. Зато существуют удивительно близкие по своей внутренней логике представления. И вот здесь начинается самое интересное.
The channel in numbers
- Created
- February 4, 2024
- Photos
- 1.9K
- Videos
- 60
- Links
- 2.1K
Telegram data as of October 1, 2026
Reviews
Leave a review
No reviews yet. Yours would be the first.