Замятин — Telegram channel logo

@zamyatinsk

Замятин

Telegram channel @zamyatinsk: 2.6K subscribers, 1.4K views per post

Education

No score yet

Fewer than 5 posts went out here in the last 30 days.

2.6K
Subscribers
1.4K
Median views over 30 days
54.9%
Views / subscribers over 30 days
4
Posts over 30 days

Data as of November 19, 2026

Political theory and the history of Russian power through the eyes of a democracy researcher: elections, authoritarian institutions, and the language of propaganda. The author examines how electoral systems get captured, how society becomes depoliticized, and the ideology behind the phrase fifth column, drawing on historical parallels and current events. As of 25 October: followers 2.6K, with engagement noticeably above the category median, while posting is markedly less frequent than most channels in the same section. Over the past month the channel covered the 1993 Moscow City Duma elections, the protests in France, and a declaration by mathematicians against AI companies solving millennium problems. There was also an announcement about a course on theories of democracy at Simposium. Followers dipped slightly over the observation window, while average post views rose.

catalog description

Overview

Written automatically from the channel's data, updated 9 September 2026. The numbers in this text are as of that date; the fresh ones are in the tiles above.

Zamyatin is an author-driven channel on politics and history: essays on political regimes, lectures on post-Soviet constitutional history, reflections on the idea of "the people" as a political subject, plus book and podcast reviews. The tone is essayistic — long, connected posts with links to archival documents and lecture recordings.

Posting is infrequent: 10 posts in 30 days against a category median of 63 for News & Media. Engagement, though, runs well above average: ER sits at 57.0% versus a category median of 14.2%, with a median post reaching 1,452 views. Subscriber count is 2,549 — notably below the category median of 25,617 across 486 listings.

Over the 15-day observation window the channel lost 5 subscribers, and average views dropped by 58. Its Place Score is 78.

This fits readers after a slower, author-led take on politics and history rather than a news feed: the audience is small but appears to read more closely than the category average suggests. The owner hasn't verified this listing; reaching out directly on Telegram is the way to make contact.

Common questions

What is the @zamyatinsk channel about?
Zamyatin is an author-led channel of essays on politics and history — covering political regimes, lectures on Russia's constitutional history, reflections on "the people" as a political subject, and book reviews.
Is there an open ad price for Zamyatin?
The owner hasn't published an ad price yet. You can reach out directly on Telegram to discuss advertising.
How many subscribers?
Subscribers: 2.6K. Median views per post: 1.4K. Views per subscriber: 54.9%. Measured on November 19, 2026.
How often are posts published?
Posts in the last 30 days: 4 — that is a few times a week. Measured on November 19, 2026.
Does this channel have a Telegram tick?
No Telegram tick.
Who runs this channel page in the catalog?
Nobody yet. If this is your channel, claim the page: you will be able to reply to reviews and see its stats.
Is this your channel?

Claim it — accurate metrics, replies to reviews as the channel, and an owner badge on the page.

Verify ownership

Takes a minute: a post with a code, or the bot as an admin
Your page on tg.place

Know the owner?

Forward them this message — they can verify their rights and collect what has piled up: page statistics and replies to reviews.

Subscribersthe same as 86 days ago
2,5662,544
Nov 192,554−1 in a day

Hover the chart or swipe it — we show the day.

Latest posts

Posts are in Russian — that is what the channel publishes.

  • 59427 forwards65 reactions3 commentsOpen in Telegram
    Пожалуй, наиболее близкую мне формулировку роли и функции политической философии в политике дал Тимур Атнашев в свежей статье «Рефлексия поражения». Мне не раз доводилось спорить о том, чего следует (и не следует) ожидать от политфилософа в политике, и теперь я могу просто ссылаться на этот густой и, с моей точки зрения, программный текст, чтобы ответить коротко: возгонки. Сейчас нет повода для развёрнутой критической рецензии, поэтому попробую спровоцировать вас на чтение первоисточника одним фрагментом. По Атнашеву, работающая политическая философия может нанести три удара по старому порядку: — «Первый удар наносится по необходимости. Старый порядок контингентен: он исторически возник, а не дан природой. <…> показать контингентность института — значит открыть пространство альтернативы: если это не необходимо — значит, может быть иначе». — «Второй аргумент направлен против моральной состоятельности. Старый (или угрожающий новый) порядок несправедлив, полон насилия, неэффективен или унижает достоинство тех, кто в нём живет. Этот удар апеллирует к опыту, к тому, что люди уже чувствуют или во что могут поверить, примерив на себя, но ещё не сформулировали как несправедливость или рабство. Философ даёт язык для немого опыта или интуиций». — «Третья атака приходится по будущему оспариваемого порядка. Чуждый для нас порядок оказывается имманентно обречён, пусть даже и временно способен господствовать: он несёт отрицание внутри себя, его противоречия неразрешимы в его собственных рамках, и момент обрушения близок или уже наступил. Это самый сильный и самый рискованный из трёх ударов». «Когда старый порядок показан как случайный, несправедливый и исторически обречённый, его онтологическая самоочевидность рушится, а общество оказывается готовым к радикальным трансформациям, сквозь которые, впрочем, обычно вновь проступают более или менее явные контуры старых языков и практик в новой сборке».
  • 1.4K9 forwards142 reactions6 commentsOpen in Telegram
    Среди огромного множества классных (и иногда не очень) материалов «Новой газеты» у меня в памяти почему-то лучше всех отложился спецвыпуск «Углеводородина» про проблемы газификации жилья в газовой сверхдержаве. Это была мощная и доходчивая экспозиция того несправедливого и униженного положения, в котором живёт моя несчастная Россия. А ещё там была нарядная первая полоса, которая долго лежала у меня на столе. Поразительно, что «Новая» так долго продержалась и не склонила голову. Спасибо за всё, легенда!
  • Ad
  • 1.5K8 forwards94 reactions51 commentsOpen in Telegram
    Приятно и радостно видеть победу низового оппозиционного движения над правящей элитой и лично Вучичем в Сербии. Особенно отрадно, что это к тому же поражение для Путина, который делает стратегическую ставку на влияние в Европе. Мне пока почти ничего не известно о феномене победившего блока: как он формировался, как вёл кампанию и за счёт чего выиграл. Это всё очень интересно, нужно изучать. Но самое интересное, на мой взгляд, впереди. Чтобы править, недостаточно просто занять должности в органах власти и работать по писанным правилам. Правление в такой системе всегда подразумевает некоторое «политбюро» вокруг правящих лидеров, которое реально принимает решения, а затем проводит их через институции по правилам. Создание такой правящей машины — всегда вызов для победившего демократического движения, которое должно одновременно удерживать и демократизировать власть, потому что эти задачи противоречат друг другу. Как с этим вызовом справится сербское «движение студентов» — вот теперь самый важный вопрос. Движение уже показало уникальную устойчивость и эффективность на предыдущих этапах, может показать что-то интересное и поучительное и дальше.
  • 2K12 forwards58 reactions1 commentOpen in Telegram
    Возможно, в моих исторических штудиях сегодня произошло микрооткрытие. Аркадий Любарев в своей книге про выборы описал такой примечательный эпизод. На первых выборах в Мосгордуму 12 декабря 1993 года в 31 из 35 округов большинство голосов набрал кандидат «против всех». Согласно Положению о выборах (закона ещё не было), в этих округах должны были пройти перевыборы — все кандидаты отвергнуты. Но МГИК утвердил победу первых кандидатов в этих округах, не комментируя нарушение Положения. Любарев как внимательный наблюдатель, современник и участник событий пишет, что ему не известно о внесении изменений в это Положение. Я уточнил у него в личной беседе — с тех пор он не видел таких документов. В 1994 году Положение было официально опубликовано без изменений. Ни в одном известном мне ранее источнике о таком изменении тоже не сообщалось. А раз так, то это вопиющий пример волюнтаризма и беззакония на первых же постсоветских выборах. Я сам приводил его в своих лекциях и постах. Так вот сегодня я обнаружил в архиве распоряжение мэра №662-РМ от 16.11.1993, которым из Положения о выборах действительно была удалена эта норма (ЦГА Москвы. Ф.Р-3215. Оп.1. Д.257. Л.153-154). Возможно, что оно было выпущено задним числом, это встречалось нередко, под такое бронировали номера. Но так или иначе такой документ всё-таки существует! Что это меняет? Во-первых, это снимает обвинение в грубом произволе с утверждением итогов выборов. Признаюсь, мне нравилось ссылаться на этот эпизод в риторических целях, но надо честно признать факт. Во-вторых, это доказывает кое-что более интересное и важное для моего исследования. Дело в том, что само Положение о выборах изначально утверждал не мэр, а президент специальным Указом. Да, само Положение о выборах разработала мэрия, но сам Лужков утвердить его не взялся — потребовалась легитимность Ельцина. Но теперь мы знаем, что мэр, несмотря на это, сам внёс изменения в утверждённое президентом положение, что, конечно, юридически очень сомнительно. Надо учитывать, что это происходило в условиях указного права без конституции и законодательства. И в этом контексте эта находка говорит в пользу тезиса, который я развиваю и проверяю в своём исследовании: именно мэр, а не президент, был настоящим учредителем постсоветской системы городской власти Москвы. А это уже важно с точки зрения моего метода понимания природы господства мэрской власти в Москве в последующие десятилетия.
  • 2.3K34 forwards125 reactions87 commentsOpen in Telegram
    Россияне, голосующие за «Новых людей», чтобы остановить войну, недоумевают, почему протестующим во Франции просто не сменить власть через выборы, ведь там они свободные и честные. Зачем бросать булыжники, когда можно бросать бюллетени в урны? К этому следует добавить ещё один вопрос-совет не в бровь, а в глаз: почему бы протестующим не спросить, как решить свои проблемы, у ChatGPT? У них же интернет не блокировали. 21-й век на дворе всё-таки, ёлки-палки!
  • 3.2K108 forwards186 reactions27 commentsOpen in Telegram
    Протесты во Франции провоцируют два типа реакций у отдалённых наблюдателей. Одни ужасаются и плачут по разрушениям исторической архитектуры. Это либо консерваторы, которым в принципе противен всякий протест, для них революция всегда абсолютное зло. Либо пугливые мещане, либеральные до первой драки. Они молчат в тряпочку, когда историческое наследие уничтожают застройщики (а некоторые даже обслуживают пиар этого процесса по работе) или когда банкиры и крупные торговые сети разоряют мелкие предприятия и финансируют оккупационные армии, разрушающие целые города, но хватаются за голову при виде разбитой витрины их любимого бутика. Среди них немало сочувствующих протестующим в глубине души, но не настолько, чтобы перебить свой ужас от картины уничтожения их уютного мира. Другие, к которым принадлежу и я, сочувствуют прежде всего не камням и тем более не полицаям, их охраняющим, а протестующим. Они видят в этом праведный гнев и закономерную реакцию угнетённых на несправедливый порядок. Им тоже жаль башню мэрии Лиможа, но если через это пролегает путь к освобождению и разрушению безумного порядка вещей, — где самый богатый человек на земле играется в летающую машинку и шантажирует обороняющиеся страны своими спутниками, — то так тому и быть. За этими двумя типами реакций стоят два противоположных взгляда на современный западный мир. Первые считают его фундаментально благим и перспективным, хоть и с локальными проблемами и поправимыми недостатками. Другие наоборот считают его глубоко порочным и неизлечимым консервативными методами. Первые опасаются сотрясения его основ, вторые видят в этом перспективу и шанс человечества. Моё личное беспокойство здесь вызывает только вопрос о последствиях этих протестов. Мы много раз видели такое за последние 50 лет. Капитализм и либеральная демократия умеют реагировать, ничего не меняя по сути. Боюсь, что и эти события вскоре выйдут из инфополя и забудутся бесследно. Но тем, кто действует, виднее.
  • 2.3K43 forwards95 reactions42 commentsOpen in Telegram
    По моим ощущениям, наметившиеся весной-летом тренды нарастания общественного недовольства исчерпали себя, и мы заходим на новый виток смирения и угнетённости. Те люди, которые были шокированы блокировками интернета и разрушительными атаками на тылы, увидели, что конца света не случилось, всё восстановимо, ко всему можно адаптироваться. Их тревожно-негативные ожидания от будущего сменились уверенностью в том, что сильно хуже не будет, а апокалиптические прогнозы снова потеряли для них всякую убедительность. В активистской аудитории, которую накачали заведомо ложными ожиданиями от выборов, наступило закономерное похмелье. Самых непонятливых и воодушевлённых добили демонстративными репрессивными акциями устрашения. Слабодушные фракции в элитах, которые тайком или шёпотом молились на сделку с Трампом, разочаровались и впали в уныние и принятие. Обобщая, можно сказать, что все версии предвкушения общественно-политического перелома в этом году оказались ошибочными и принесли огорчение. Осознанная память у многих короткая, через полгода им можно будет заново продавать примерно то же самое. Но механическая память материала фиксирует эти обманутые ожидания и открывает новую глубину скептицизма. Циники и нигилисты укрепились в своём неверии, а сомневающиеся скептики качнулись в их сторону. Таков для меня главный эффект прошедшего этапа — новый уровень общественно-политического «атеизма» в стране.
  • 2.3K11 forwards59 reactions1 commentOpen in Telegram
    Заметки к истокам вертикали власти Логично предположить, что авторитарная власть захватывает контроль над избирательной системой, когда боится проиграть выборы и хочет корректировать результаты под себя. Но исторически это не всегда так. В случае Москвы произошло скорее наоборот: захват системы избирательных комиссий мэрией был не причиной, а следствием её электорального превосходства. Как известно, мэр Москвы Лужков построил одну из первых в стране систем административного контроля за выборами. Подробнее я писал об этом здесь. Отсчёт в этой истории обычно ведётся от октября 1993 года, когда мэр на несколько месяцев получил единоличную власть в городе и сам сформировал МГИК под декабрьские выборы. Но недавно я наткнулся на более ранний и малоизвестный эпизод, который существенно расширил мои представления об этом. В июне 1992 года первый мэр Москвы Попов ушёл в отставку, и на его место тут же был назначен Лужков, но не через выборы, а указом президента. Оппозиция в Моссовете считала это незаконным и попыталась провести выборы главы администрации (мэра). С июня по декабрь 1992 года Моссовет трижды принимал решение о назначении выборов, которые не выполнялись. Опуская детали юридического спора (в котором Моссовет, с моей точки зрения, был прав), обратим внимание на то, каким образом мэр уклонялся от этих выборов. Формально решения Моссовета о выборах отменял суд по представлению прокурора. Но в январе 1993 года, ещё до решения суда мэрия заблокировала финансирование избирательных комиссий без каких-либо правовых оснований (Распоряжение первого заместителя премьера Правительства Москвы от 11.01.1993 № 13-РПЗ). А когда окружная комиссия попросила Правительство Москвы выделить традиционные помещения для работы избирательных комиссий, ей пришёл отказ из управделами мэрии, снова без правовых оснований — просто потому что могут. В итоге в феврале 1993 года председатель окружной избирательной комиссии Чернецкий констатировал на заседании Моссовета, что участковые комиссии не смогут провести назначенные выборы, потому что мэрия заблокировала финансирование (ЦГА Москвы. Ф. Р-150. Оп. 5. Д. 503. Л. 34-40). Депутаты были возмущены такой узурпацией со стороны исполнительного органа, но ничего не могли с этим сделать. Здесь нужно понимать, что законнные полномочия по организации выборов тогда ещё находились у городского и районных Советов, а не у мэрии. Участковыми комиссиями обычно занимались орготделы и исполкомы райсоветов. Но в 1992 году мэр уже разогнал исполкомы и передал их рычаги своим префектурам. Избиркомам мэр был не указ, но без него они не имели и листка бумаги. Эти выборы не угрожали власти Лужкова. Судя по опросам, он без труда победил бы на них, имея рейтинги в 10-20 раз выше ближайших конкурентов. Но он просто не хотел отнимать на это время и ресурсы в месяцы тяжелейших социально-экономических процессов в городе. Кроме того, сама идея перевыборов мэра не пользовалась популярностью в городе и ассоциировалась с маргинальными депутатами Советов. То есть отсутствие легальных оснований для блокирования выборов мэрией компенсировалось её превосходством в легитимности: мэрство Лужкова не вызывало сомнений и не требовало перевыборов в глазах подавляющего большинства горожан. Таким образом, в январе 1993 года мэрия впервые испытала свою возможность управлять избирательными комиссиями через материально-финансовый рычаг и с помощью своей легитимности, а не из-за недостатка в таковой. Большинство комиссий (не все) тогда подчинились мэрии и приняли как должное, что она является их фактическим новым начальством. После этого оставалось лишь скрепить факт новой легальностью, что и произошло в конце 1993 года.
  • 1.7K7 forwards57 reactionsOpen in Telegram
    Сегодня в 20.00 буду на стриме Рабкора, поговорим про конституционный кризис 1993 года. Заходите и присылайте вопросы!
  • 1.9K24 forwards55 reactions1 commentOpen in Telegram
    Один кадр из большой истории деполитизации в постсоветской России. Так конструировался образ «нормальных людей», которые предпочитают огород политике. Здесь «огород» это οἴκος, к которому потом прибавятся «шашлыки» как символ сытости. А между тем вся остальная столица — миллионы нормальных людей — жила своей жизнью. Например, множество москвичей, благо, погода располагала, отправились на огороды. А на футбольном поле детского городка Лужников проводился товарищеский матч между футбольными командами артистов Москвы. И на правом снимке вы видите, как Леонид Ярмольник массирует колено Сергею Шакурову. «Куранты» от 4 мая 1993 года Контекст: 1 мая 1993 года произошли кровавые столкновения красно-коричневой демонстрации с ОМОНом на Ленинском проспекте.
    Post by “Замятин” from September 16, 2026

The channel in numbers

Created
October 21, 2022
Photos
191
Videos
1
Files
1
Links
334

Telegram data as of November 19, 2026

Reviews

Leave a review
Rating

At least 40 characters. We publish it after a check.

Your review is public, and the channel owner cannot delete it.

No reviews yet. Yours would be the first.

Ad

Similar

More on this topic