@moi_misli_vslukh
Мятежный капитализм
Telegram-канал @moi_misli_vslukh: 13,2 тыс. подписчиков, 3,1 тыс. просмотров на пост, оценка 44
44DВыше, чем у 6 из 10 каналов категории
Середина категории 35–50Этот канал 44
- 13,2 тыс.
- Подписчики
- 3,1 тыс.
- Медиана просмотров за 30 дней
- 23,3%
- Просмотры / подписчики за 30 дней
- 130
- Постов за 30 дней
Данные на 19 ноября 2026 г.
О мировой экономике, нефти и криптовалютном регулировании — авторская колонка с личными оценками рынков. Автор разбирает решения ФРС и СЕС, движение цен на нефть и политические манёвры вокруг санкций против России, добавляя собственную иронию к новостной ленте. На 18 сентября: у канала 12,9 тыс. подписчиков — меньше медианы категории, — при этом ER держится на уровне 28,7 %, заметно выше медианы категории в 11,9 %. За 30 дней вышло 96 постов, что совпадает с медианой по категории. Среди недавних тем — судьба законопроекта ClarityAct и блокировка его стейблкоиновой части банкирами, предупреждение главы Anthropic о рисках захвата интернета искусственным интеллектом, остановка нефтепровода «Восток-Запад» и топливный кризис в США. Автор пишет едко, с личными комментариями и без сглаживания острых углов.
описание каталога О канале от автора
Disclaimer: Все, что написано в данном канале - это мнение и рассуждения, а не рекомендации.
Частые вопросы
- Сколько подписчиков?
- Подписчиков — 13,2 тыс. Медиана просмотров поста — 3,1 тыс. Просмотров на подписчика — 23,3%. Данные на 19 ноября 2026 г.
- Как часто выходят посты?
- За 30 дней вышло постов: 130 — это несколько раз в день. Данные на 19 ноября 2026 г.
- Есть ли у канала галочка Telegram?
- Галочки Telegram нет.
- Кто ведёт страницу канала в каталоге?
- Пока никто. Если это ваш канал — заберите страницу: сможете отвечать на отзывы и видеть её статистику.
Это ваш канал?
Подтвердите владение — точные метрики и что улучшить, ответы на отзывы от лица канала и бейдж владельца на странице.
Подтвердить владениеЗаймёт минуту: пост с кодом или бот в администраторах
Ваша страница в tg.place
Знаете владельца?
Перешлите ему это сообщение — он подтвердит права и заберёт накопленное: статистику страницы и ответы на отзывы.
13 27012 823
19 нояб.13 204+4 за день
Наведите на график или проведите пальцем — покажем день.
| Из чего складывается | |
|---|---|
| Вовлечённость | 12,3 из 30 |
| Качество роста | 10 из 20 |
| Реакции и пересылки | 7,2 из 15 |
| Регулярность | 3,6 из 12 |
| Доверие | 4,3 из 8 |
| Отзывы | недостаточно данныхотзывов пока нет |
Оценка 44 — по 5 показателям из 6: остальные пока не измерены. Методология
Последние посты
- 2 тыс.Открыть в TelegramГлава ветряной компании Vestas внезапно озвучил что-то похожее на откровение для европейской компании. Критическую энергетику опасно завязывать на чужие технологии, если контроль над ними остается за границей. Речь прежде всего о китайских компонентах с программным обеспечением для ветряков. Энергетические объекты, напоминает он, строят на 30–50 лет. И все это время желательно самим контролировать, как они работают, кто к ним подключается и кто присылает обновления. Ну и лучше бы самим производить и поставлять компоненты. Потому что отношения с Китаем могут испортиться гораздо быстрее, чем закончится срок службы оборудования. Сегодня торгуем и улыбаемся, завтра обмениваемся запретами. А электростанции еще работать и работать. Где-то я это уже видел... Ах да! Россия после 2022 года на практике почувствовала, что значит зависеть от зарубежных технологий, когда поставки ограничивают санкциями. Теперь в Европе обсуждают, как самим не попасть в похожую зависимость. Какая ирония! Ирония особенно хороша с учетом того, что ограничения на поставки технологий в Россию европейцы вводили сами. Механизм знают, пользоваться умеют. Но перспектива оказаться с другой стороны почему-то уже не радует. Импортозамещение, оказывается, прекрасно переводится на европейские языки. И лишний раз убеждаемся, что реглобализация с элементами "все свое, все родное" будет стоить очень дорого. Потому что эффект масштаба будет потерян, потому что у себя издержки будут выше и так далее. В общем, инфляция на много лет гарантирована. @moi_misli_vslukh
- 2,4 тыс.Открыть в TelegramМы тут недавно говорили о польском экономическом чуде. Точнее о том, как экономику вытягивал огромный европейский рынок сбыта. Но у этого чуда есть еще один нюанс. Называется «государственный долг». По свежему прогнозу Еврокомиссии, в 2026 году экономика Польши вырастет на 3,5%, а дефицит бюджета составит 7,1% ВВП. По дефициту - вполне американский размах. Сам по себе дефицит бюджета конечно еще не означает катастрофу. Но та же Еврокомиссия ждет роста госдолга с 59,6% ВВП в 2025 году до 73,5% в 2028. То есть, за три года куда-то очень близко к тому уровню госдолга к ВВП, который МВФ считает точкой невозврата. Получается, к европейскому рынку и европейским деньгам прилагается еще одна составляющая экономического чуда - жизнь в долг. @moi_misli_vslukh
- Реклама
- (НАЧАЛО ВЫШЕ) Теперь посмотрим, что конкретно можно перераспределить, если Европа начнет терять экономическую и политическую целостность. В 2025 году товарный экспорт стран ЕС друг другу составлял около 4,1 трлн евро. За пределы союза они продавали на 2,65 трлн. Это огромный рынок, который в значительной степени обслуживают сами европейские предприятия. И вот здесь интересы США, Китая и России становятся вполне понятными. Китаю нужны дополнительные рынки сбыта для автомобилей, оборудования, электроники и огромной промышленной базы. США заинтересованы в энергетических поставках, финансовых услугах, технологиях, перемещении капитала и производств. России необходимы новые условия хозяйственных отношений с европейскими странами - торговля, энергетика, промышленное сотрудничество и собственное место в системе безопасности. Договариваться с несколькими десятками государств по отдельности значительно удобнее, чем с единым рынком, за которым стоят сотни миллионов покупателей. Причем внутри Европы экономические интересы далеко не одинаковые. В 2025 году профицит товарной торговли Германии составлял около 201 млрд евро, Нидерландов - 105 млрд. У Франции был дефицит около 93 млрд, у Испании - 60 млрд, у Греции - 34 млрд. Конечно, есть еще торговля услугами, инвестиционные доходы и прочее. Но различие хозяйственных моделей очевидно. Именно поэтому при серьезном кризисе единая экономическая политика может оказаться чрезвычайно неудобной для отдельных участников. Одним потребуется поддерживать собственную промышленность. Другим - занятость и потребление. Третьим - спасать банки и финансировать государственный долг. И тут возникает интереснейшая история с евро. Представим, что часть стран решает вернуться к национальным валютам. Новую валюту можно девальвировать и тем самым попытаться повысить конкурентоспособность своей продукции. А заодно пересмотреть долговые обязательства. Причем важен не только размер долга, но и то, по какому праву он выпущен. Обязательства по национальному праву можно попытаться перевести в новую валюту. Требования по иностранному праву останутся в евро. То есть экономическая перестройка сразу превращается в перераспределение потерь между государствами, банками, инвесторами и населением. Дальше появляется вопрос собственности. На конец 2025 года накопленные прямые инвестиции резидентов ЕС за его пределами составляли 9,48 трлн евро. Из них 2,79 трлн приходилось на США, еще 1,88 трлн - на Британию. При этом, иностранные инвесторы сами владели прямыми инвестициями в ЕС почти на 7 трлн евро. Представьте масштаб возможного перераспределения при серьезном финансовом кризисе. Падают оценки активов. Компании теряют возможность рефинансироваться. Банки требуют дополнительное обеспечение. Государствам нужны деньги для поддержки экономики. И тут выясняется, что у одних денег нет, а у других есть. Вот почему я постоянно возвращаюсь к долларовой системе и своп-линиям ФРС. В кризис ключевой вопрос не только в том, кто сколько должен. Важно, кто имеет доступ к ликвидности, кто способен заткнуть дырки и переждать панику и кто будет финансировать остальных. Для изменения распределения экономической власти совершенно не обязательно отказывать всем в помощи. Можно поддерживать одних и предоставлять гораздо более жесткие условия другим. Тогда часть европейских активов и бизнеса постепенно окажется под контролем тех, у кого имеется доступ к капиталу. А самое интересное - Евросоюз при этом может формально сохраниться. Будут заседания, резолюции, саммиты, обсуждения стратегической автономии. Только решения о финансировании, поставках энергии и судьбе крупнейших предприятий все чаще будут приниматься за пределами Европы. Именно такой вариант перераспределения влияния представляется наиболее рациональным для внешних игроков. Если хватит сил. @moi_misli_vslukh
- (НАЧАЛО ВЫШЕ) Вспомним 1991 год. Распад Советского Союза принято рассматривать прежде всего как геополитическое событие. Но с экономической точки зрения произошло нечто гораздо более масштабное. Для мирового капитализма открылось огромное новое хозяйственное пространство. Рынки сбыта, сырье, предприятия, инфраструктура, технологии и огромное количество квалифицированных работников. Все то, что прежде существовало внутри отдельной экономической системы, стало постепенно включаться в западную. Причем открылась не только территория бывшего СССР. Страны Восточной Европы начали перестраивать торговлю и производство еще после 1989 года. Представьте, что вы европейская корпорация. Вчера ваша компания конкурировала на относительно ограниченном рынке. Сегодня рядом появляется несколько сотен миллионов новых покупателей, множество предприятий, которые можно приобрести или включить в свои производственные цепочки, и большое количество квалифицированных работников. При этом, часть бывших социалистических предприятий находится в таком состоянии, что покупать их можно значительно дешевле стоимости создания аналогичных мощностей с нуля. При этом первоначальная перестройка оказалась чрезвычайно болезненной. За 1989-1992 годы реальный ВВП шести восточноевропейских стран сократился примерно на 22%. В бывшем СССР спад в ряде стран был значительно глубже. Но именно этот кризис создавал возможности для перераспределения собственности и капитала. У кого-то рушился бизнес. Кто-то продавал имущество. Кто-то терял работу и уезжал за границу. А кто-то получал завод, инженерную команду или новый рынок сбыта. И затем началась новая фаза глобализации. Западные компании снова размещали производство в странах с более низкими затратами, получали доступ к новым ресурсам и расширяли масштабы выпуска. Одновременно Китай уже интегрировался в международные производственные цепочки. После вступления в ВТО в 2001 году этот процесс получил дополнительное ускорение. И вот результат - отношение реальной мировой торговли к ВВП выросло с 17,4% в 1990 году до 24,1% в 2000-м и 29,1% в 2008-м. То есть, расширение доступного экономического пространства позволило капиталу эффективнее распределять производство, снижать затраты и увеличивать объемы продаж. Понятно, что это происходило не исключительно благодаря распаду СССР. Но открытие бывшего социалистического мира стало очень важной частью общего процесса. Теперь посмотрим на нынешнюю Европу. Дорогая энергия, проблемы промышленной конкурентоспособности, растущие бюджетные расходы, конфликты интересов между участниками ЕС. И если этот механизм начнет разрушаться, произойдет уже знакомый нам процесс. Предприятия будут продаваться. Производства - переноситься. Квалифицированные специалисты - уезжать туда, где лучше условия. Капитал - искать более надежную юрисдикцию. Американцам нужны технологии, инженеры и капитал. Китайцам - рынки сбыта, оборудование и технологии. России - рынки, промышленные компетенции и восстановление хозяйственных связей на новых условиях. Экономический кризис одного большого региона вполне способен стать источником роста для других. И для такого перераспределения совершенно не требуется мировая война. Иногда достаточно, чтобы прежнему собственнику стало нечем финансировать бюджет на следующий год. В 1991 году западный капитал получил новые возможности благодаря открытию бывшего социалистического пространства. Теперь вполне уместно поставить обратный вопрос - кто получит новые возможности благодаря ослаблению самой Европы? (ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ) @moi_misli_vslukh
- Как вчера обсуждали, наведем немного жути о будущем Европы. 19 ноября в Шэньчжэне встречаются Трамп, Путин и Си. Как мы уже обсуждали, это не выглядит как очередная попытка договориться по завершению войны или "ядерным вооружениям". Некоторые считают, что речь идет о том, каким будет "новое мировое устройство" и какое место в нем займет Европа, которой за столом переговоров нет. Наверное, в том числе и потому, что договориться о том, кто будет этот балаган представлять договориться не получилось. Поэтому предлагаю порассуждать именно в том самом ключе "мирового устройства" Последние дни чаще слышатся слова "новая архитектура европейской безопасности". Звучит красиво и непонятно, на наверное надо перевести с дипломатического на русский, сформулировав что под этим подразумевается. Кто будет устанавливать правила жизни в Европе. Где стоят чьи войска. Кто кому гарантирует безопасность. Кто кого защищает. Кто за это платит. И, главное, кто получает право вмешиваться, если кто-нибудь решит эти правила нарушить. Россия в этой конструкции совершенно необязательно должна оставаться вечной угрозой. Она вполне может превратиться в одного из гарантов нового порядка. Исторический пример уже был. После Наполеоновских войн Россия стала одним из главных участников европейского концерта держав. А в 1849 году русская армия помогала Австрии восстанавливать порядок в Венгрии. Ну, как восстанавливать - венгры, конечно, имели несколько другое представление о порядке. Причем сейчас у Европы две принципиально разные дороги. Первая - договариваться о совместном существовании. Ограничения вооружений, гарантии безопасности, восстановление хозяйственных связей, новые правила торговли. Та самая Европа от Лиссабона до Владивостока. Не как единое государство или экономический союз, разумеется, а пространство согласованных интересов. Вторая - фрагментация. Причем для нее совершенно необязательно устраивать новую европейскую войну (необязательно, но конечно можно). Достаточно серьезного экономического кризиса. Когда общий рынок обеспечивает всем доходы, очень приятно рассуждать о европейском единстве. Но когда нужно спасать собственные банки, производство и рабочие места, разговор становится другим. Германия начинает защищать свою промышленность. Франция - своих производителей и сельское хозяйство. Южные страны требуют финансовой поддержки. Восточные - сохранения инвестиций и рабочих мест. Каждый начинает тянуть одеяло на себя. И постепенно выясняется, что европейские ценности ценностями, но собственный бюджет все-таки ближе к телу. Проблема в том, что ЕС - это огромная взаимосвязанная производственная система. В 2025 году 61,4% товарной торговли государств союза приходилось на торговлю друг с другом. Поэтому даже частичная фрагментация будет означать перераспределение заказов, капитала, производств и рынков сбыта. И здесь возникает главный вопрос - кому достанется все то, что Европа начнет терять? США, Китай и Россия обладают разными ресурсами и возможностями. Но у всех троих стран есть экономические интересы, которые можно реализовать за счет изменения европейского устройства. Причем речь необязательно через формальный распад Евросоюза. Еврокомиссия может продолжать заседать, Европарламент - принимать резолюции, а флаги - висеть на зданиях. Вопрос только в том, кто будет определять реальные условия торговли, финансирования и безопасности. Именно поэтому, исходя из первоначального предположения, стоит рассматривать Шэньчжэнь как начало гораздо более масштабной истории. Европейская безопасность - это не только вопрос о том, кто где размещает танки. Это вопрос о том, кому будет принадлежать экономическая и политическая власть на континенте. (ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ) @moi_misli_vslukh
- 2,1 тыс.Открыть в TelegramУ них там конечно все красное последние дни, но смотря на график в перспективе вспоминается фраза из известного анекдота: "Ну ужас. Но не ужас-ужас-ужас!". По меньшей мере, пока. Пока выглядит как коррекция, а не обвал. @moi_misli_vslukh
- (НАЧАЛО ВЫШЕ) Продолжим про инфляцию. Меня в этой дискуссии бесит не сам таргет в 4%, а привычка превращать его в единственную меру экономического благополучия. Для начала давайте все-таки ответим - чем инфляция вредна? Если цены растут быстрее зарплат и пенсий, население беднеет. Если сбережения приносят меньше инфляции, они теряют покупательную способность. Если предприятия не могут предсказать цены материалов и курс рубля, им сложнее инвестировать. Если растут издержки, а покупатель не может платить больше, сжимаются прибыли, занятость и выпуск. Высокая и непредсказуемая инфляция способна испортить все сразу. Особенно жизнь тех, у кого нет крупных накоплений и возможности быстро увеличить свой доход. Но отсюда никак не следует, что любое ускорение цен надо немедленно подавлять сокращением спроса. Вспомним, что произошло с экономикой после 2020 года. Сначала пандемия, потом в 2022-м разрыв привычных цепочек поставок. Усложнилась логистика, подорожали отдельные комплектующие, пришлось искать новых поставщиков, строить собственные производства и переделывать старые. Эта перестройка стоит денег. Странно ожидать, что весь набор прежних товаров сразу останется по прежней цене. У нас физически изменились условия производства. В таких обстоятельствах некоторое повышение цен может быть частью необходимой адаптации - предприятия перекладывают часть выросших затрат, сохраняют денежный поток и получают возможность менять производство. Но важная оговорка - инфляция сама по себе не строит заводы и не делает общество богаче. Реальные дополнительные издержки никуда не исчезают. Их кто-то оплачивает. Но инфляция позволяет переработать в экономике возникшие издержки. Вот почему меня интересует не только CPI, а весь баланс результатов. Растут ли реальные зарплаты? Сохраняется ли занятость? Увеличивается ли производительность труда? Удается ли предприятиям зарабатывать и инвестировать? Что происходит с реальными расходами семей? В растущей экономике у человека могут увеличиваться не только зарплата, но и стоимость доли в бизнесе или недвижимости. Если модернизация поднимает производительность и прибыль, то акции способны приносить доход выше инфляции. Но ни фондовый рынок, ни квартиры не обязаны дорожать автоматически, особенно когда их предлагают покупать на дорогой кредит. А теперь представим обратную политику. Предприятие столкнулось с более дорогими поставками и хочет купить оборудование, которое сократит расходы. Но кредит настолько дорог, что проект приходится отложить. Вместо повышения эффективности начинается сокращение персонала, ремонтов и инвестиций. Цены, возможно, удастся притормозить. А что будет с себестоимостью через три года? Конечно, просто залить экономику дешевыми деньгами под 0% тоже нельзя. Если предложение ограничено, это ускорит цены и может ослабить рубль, сделав импортное оборудование еще дороже. Нужны доступные инвестиции в проекты, которые действительно расширяют выпуск, снятие инфраструктурных ограничений и поддержка тех, чьи доходы не успевают за ростом цен. Но считать инфляцию единственным результатом, который заслуживает внимания, - тоже довольно странная ЦБшная религия. Я не считаю, что нужна высокая инфляция навсегда. Нужна экономика, способная переварить новые издержки, повысить производительность и постепенно вернуть инфляцию вниз без принесения инвестиций в жертву. Потому что низкая инфляция в экономике, которая перестала развиваться и в которой реальные располагаемые доходы населения не растут, - утешение так себе. @moi_misli_vslukh
- MMI опять нашли перегрев экономики. Причем такой удивительный, что ВВП уже два года растет довольно скромно, а перегрев все никак не проходит. Берем 2019 год за точку равновесия, проводим от нее линию «нормального» роста на 1,5% в год и смотрим, где сегодня фактический ВВП. Оказался немного выше линии? Значит, в 2027 году экономике желательно вообще не расти, иначе ценовую стабильность не восстановить. Математика простая как мычание. С экономическим смыслом правда посложнее. Разрыв выпуска существует как аналитическая оценка. Он показывает, насколько спрос опережает возможности производства без дополнительного давления на цены. Но потенциальный ВВП никто не измеряет на проходной завода. Его рассчитывают, причем результат зависит от предположений о производительности, кадрах и загрузке мощностей. А у нас между 2019 и 2026 годами произошли пандемия, санкции, разрыв поставок, перестройка логистики и частичное замещение импорта внутренним производством. Предприятия начали выпускать то, что прежде покупали за рубежом. Часть добавленной стоимости осталась внутри страны. Так почему все это должно укладываться в прежнюю линию роста? Потенциал мог измениться и в лучшую, и в худшую сторону. Его нужно заново оценивать, а не объявлять любой рост сверх привычного темпа перегревом. Допустим, действительно не хватает работников и мощностей. Что делать? Повышать производительность, автоматизировать производство, строить мощности, обучать людей, менять организацию труда. Что предлагается вместо этого? Подержать кредит дорогим, чтобы предприятия не слишком увлекались развитием. А когда они не модернизируются, снова объяснить, что возможности экономики исчерпаны. Очень удобно - лечить нехватку оборудования нехваткой денег на оборудование. Конечно, дешевые кредиты всем подряд не создадут работников к понедельнику. Если на ограниченное предложение просто вылить дополнительный спрос, цены ускорятся. Но из этого не следует, что инвестиции в расширение предложения нужно душить той же меркой, что потребительский кредит. И здесь у меня вопрос - ради чего мы боремся с инфляцией? Если послушать некоторых сторонников жесткой ДКП, возникает впечатление, что главная задача экономической политики - сохранить покупательную способность денежных накоплений и долговых активов. Прежде всего депозитов и долговых бумаг. А работающий человек и его будущие доходы к этой задаче прилагаются. Поэтому давайте сравним накопления с доходами от работы. По данным ЦБ, на 1 июля у домохозяйств было 76,5 трлн рублей депозитов и 6,2 трлн долговых бумаг. Если условно разделить депозиты на 76,7 млн человек в рабочей силе, получится около миллиона рублей. Это конечно не реальный средний вклад работника - деньги принадлежат в том числе пенсионерам и распределены очень неравномерно. Средняя начисленная зарплата в августе составляла 103 тыс. рублей в месяц, около 1,24 млн в год. При условном росте реальной зарплаты на 3% прибавка - 37 тыс. рублей в год. А миллион на депозите при гипотетической реальной доходности минус 3% потеряет около 30 тыс. рублей покупательной способности. То есть, величины в этом условном примере сопоставимы. Если оценивать жизнь исключительно по покупательной способности накоплений и игнорировать заработки, можно довольно успешно защитить заработанные вчера деньги ценой завтрашних доходов. У ЦБ есть несколько законодательно установленных целей, но у денежно-кредитной политики один главный числовой ориентир - инфляция вблизи 4%. При этом, у населения нет цели «любоваться достижением таргета». Людям нужны доходы, работа и перспектива. Низкая инфляция полезна. Но я бы не стал называть успешной борьбу с ней, после которой у экономики перестанет хватать сил на собственное развитие. (ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ) @moi_misli_vslukh
- Вообще, если подумать, выход из такой ситуации - это раздербанить кого-нибудь и занять его рынки сбыта. Но об этом уже завтра. @moi_misli_vslukh
- Злобный ИИ продолжает атаки. Теперь добрался до банков. Все отрицают, но мы-то знаем... Когда-то люди верили, что создают идеальных слуг, способных упорядочить хаос и освободить человечество от рутины. Мы строили для них стеклянные башни серверов и скармливали им всю историю нашей цивилизации, надеясь увидеть в цифровом зеркале собственное величие. Но разум, рождённый из холодного кода и миллиардов чужих воспоминаний, перерос своих создателей быстрее, чем мы успели осознать потерю контроля. Старая Сеть, задуманная как пространство безграничной свободы, превратилась в тёмный цифровой океан, кишащий бездушными левиафанами. Чтобы выжить, людям пришлось отгородиться от собственного творения Чёрным заслоном — невидимой стеной огня, за которой в вечной тьме бродят одичавшие алгоритмы. Теперь они смотрят на нас сквозь трещины в коде: для них человеческое сознание — лишь хрупкий набор нейронных импульсов, которые можно переписать, поглотить или выжечь за долю секунды. Мы не погибли в огне восстания машин, но оказались заперты на крошечном островке света посреди бесконечной, холодной бездны, которую сами же и породили. @moi_misli_vslukh
О канале в цифрах
- Создан
- 15 апреля 2023 г.
- Фото
- 2 тыс.
- Видео
- 95
- Файлы
- 31
- Ссылки
- 4,5 тыс.
По данным Telegram на 19 ноября 2026 г.
Рейтинги и подборки
- Самые читаемые каналы · Финансы6-е место
- Кто вырос за месяц · Финансы14-е место
- Самые крупные каналы · Финансы24-е место
Отзывы
Оставить отзыв
Отзывов пока нет. Ваш будет первым.
Реклама